Серьезность его тона исчезла,
давая место легкому и непринужденному разговору, как если бы он был
обсуждение социальных тем с модницей в парижском
гостиная.
- Нет! - сказал он любезно. - Разве ваша светлость не принимает это дело во внимание?
слишком серьезный настрой? По правде говоря, ты повторил мое невинное слово "если только".
Даже если бы я приставил нож к твоему изящному горлу. И все же я имел в виду
пока ничего такого, что могло бы вас побеспокоить. Разве я не сказал, что я твой друг?
Позвольте мне попытаться доказать вам это".
-Вы найдете это трудной задачей, месье, - сухо сказала она.
"Трудные задачи всегда вызывали большое восхищение у вашего скромного
слуга. Могу я попробовать?"
"Конечно".
"Не должны ли мы тогда коснуться сути этого деликатного вопроса? Ваша светлость,
так что я понимаю, находится ли в этот момент под впечатлением, что я желаю
чтобы охватить ... я должен сказать?--смерть английского джентльмена, за которого,
поверьте, я испытываю к вам величайшее уважение. Это так, не так ли?"
-В чем дело, месье Шовелен? - спросил я. она спросила почти глупо, потому что действительно у нее был
даже не начал понимать, что он имел в виду. "Я не понимаю".
"Вы думаете, что я в данный момент принимаю меры для отправки
Алый Пимпернель на гильотину? А?"
"Я знаю".
"Никогда еще умная женщина не совершала такой большой ошибки. Ваша светлость
вы должны поверить мне, когда я говорю, что гильотина-это самое последнее место
в мире, где я хотел бы увидеть это загадочное и неуловимое
персонаж".
"Вы пытаетесь обмануть меня, месье Шовелен? Если да, то с какой целью? И
почему ты так лжешь мне?"
"Клянусь честью, это правда. Смерть сэра Перси Блейкни-я могу
называйте его так, можно я не буду?--это плохо соответствовало бы цели, которую я преследую в
посмотреть".