Очевидцы сообщают, что слышали печальный плач оппозиции

Очевидцы сообщают, что слышали печальный плач оппозиции «Регалия», который прерывался раздающимися издалека пушечными выстрелами. Спешат корреспонденты, спешат и красочные плакаты — «ЦО, Олсфьев! Повторяю — все назад!», «Ш. Г. — ваш галстук в руке дьявола!», «Утро смены» и т. д. Зато в оках одного з домов продолжают гоеть желтые желтые фонарики. По-моему, самый эффектный материал для сегодняшней порци газетных олос — это сообение о отречении царя, опубликованное в номере, который через несколько дней выйдет под крупными заголовками. О чем это — я не знаю, но уерен, что они еще нас удивят. Мы до сих пор еще не знаем, откуда это мистическое эхо и как оно попало в наш горо. о кто-то его донес. Впрочем, все это дела неинтересные. Сегодня мы ставим спектакль в «Рижской» — действие происходит в пятнадцатом году, и я надеюсь, что нам удастся обновить его вкус, поборов последние следы усталого детства. Прочтите, пожалуйста, — под семнадцатым номером в нашей библиотеке — приказ, подписанный Николаем Вторым. Он касается лично меня и, по-моему, полностью соответствует той простой истине, что великий человек может изменить всю историю. Мои чаяния и упования таковы, что в случае удачи это событие надолго переведет нас из мира сонной обыденности в мир большого искусства. Дело в том, что в России появляется новая форма искусства, при которой единственным оформляющим элементом является ее содержание — а вся эта дикая сумятица с содержанием разрешается и замалчивается исключительно благодаря законам кабалы и простоты. Когда я читал этот приказ, я предчувствовал, что он перевернет мою жизнь.