Это поразительное явление, по-своему, полностью сравнимо с исчезновением динозавров

Самое распространенное представление в человеческой предыстории и истории (а именно, существование какого-то духовного измерения бытия) было объявлено просто грандиозной коллективной галлюцинацией. И этот вывод делался с непререкаемым авторитетом науки и с пылом, обратно пропорциональным его правдоподобию. Духовное измерение торжественно провозглашали всего лишь выражением неудовлетворенных инфантильных потребностей (Фрейд), туманной идеологией для подавления масс (Маркс) или проекцией потенциальных возможностей человека (Фейербах). Таким образом, духовность — это, якобы, глубокое заблуждение, от которого человечество, судя по всему, не могло избавиться в течение примерно миллиона лет, вплоть до недавнего времени, когда всего несколько веков тому назад современность принесла клятву верности эмпирической науке и сразу же решила, что во всем мироздании нет ничего кроме материи, и точка.

Мрачность научной декларации современности просто пугает. В необычайном путешествии от материи к телу, к уму к душе и к духу, научный материализм остановился на самом первом этапе и заявил, что все дальнейшее развитие — это всего лишь фигуры из пыли, пляшущей в воздухе. Он не объяснял, почему эта пыль поднимается прямо вверх и со временем начинает создавать произведения искусства. Вернее, он объяснял это слепой случайностью и слепым отбором, как будто из двух слепых может получиться гениальный художник. Сенсомоторная сфера была провозглашена единственно реальной сферой, и вскоре случилось так, что душевное здоровье стали определять как приспособленность к этой «реальности». Любое сознание, видевшее что-либо помимо материи, очевидно, страдало галлюцинациями.

Эту культурную катастрофу можно адекватно охарактеризовать только словом «ужасающая». И все же, если эти более высокие духовные и надличностные измерения — действительно врожденные потенциальные способности человеческого тела-ума, то даже это широчайшее культурное подавление не будет достаточно сильным, чтобы излечить душу от любопытства и способности удивляться или лишить ее благодати; недостаточно сильным, чтобы скрыть тайну трансценденции, экстаза и освобождения, сияющего Бога и возлюбленной Богини.