Эхо от звука шагов тяжелых сапог солдат взвода Градолкина уносилось вперед в темноту. Из взвода осталось шестеро.

Эхо от звука шагов тяжелых сапог солдат взвода Градолкина уносилось вперед в темноту. Из взвода осталось шестеро. Карифа раздражал шум, и он шепотом сказал им ступать полегче. По мере их продвижения вперед шум битвы нарастал, скрывая звук их передвижения. Через толщу рокрита над их головами слышался грохот выстрелов из танков и артиллерийских установок.

— Надеюсь остальные в порядке. — прошептал солдат позади Карифа.

— Я бы больше беспокоился о нас, — в тон ему ответил другой. — С ними Белый Кабан. Он их вытащит оттуда. А я вот терпеть не могу туннели.

Сержант что-то пробормотал и повернулся к ним.

— Заткнитесь к хековой матери, оба. Или комиссар расстреляет вас за нарушение дисциплины.

Кариф бросил на них сердитый взгляд.

— Слушайте своего сержанта. Я отрежу голову любому, кто выдаст нашу позицию противнику. Ясно?

— Развод, — ответил один.

— Что?

— Развод, сэр, — повторил тот. — Он прозрачный.

Спереди прилетело эхо звука удара металла по камню. Рефлекторно все упали на землю, направив оружие в сторону звука. Ничего не происходило. Через несколько секунд Кариф осторожно повел всех вперед. Вскоре они услышали впереди скребущие и стучащие звуки.

— Погасите эту хекову лампу, рядовой, — сказал Гродолкин.