С научно-техническим прогрессом связан они интересный момент. Что бы успешно конкурировать на каком-нибудь рынке вам нужны компетентные специалисты. Их не только мало, из-за чего они дорого стоят. Такой персонал ещё приходится долго и вдумчиво учить, начиная, примерно, с детского сада. В том числе учить думать. Мыслительным же процессом человека управлять сложно: пока невозможно разрешить думать об одном и запретить - о другом. И человек начинает думать обо всем сразу. А в этих ваших университетах полно профессоров, ничем по сути не занятых, кроме как интригами, рефлексией над окружающей нас действительностью и общением с перспективной молодежью. И и внедрить в умы молодых людей они могут всякое.
Таким образом, нередко, на выходе мы получаем молодого профессионала, интересы которого глубже и обширнее, чем банальное зарабатывание бабла. Бабло от него и так никуда не денется, но душа часто требует большего. Умные молодой люди активно сморят по сторонам, видят мнимые и реальные противоречия, несправедливость и вот это всё, и у них появляются свои требования в том числе к потенциальным работодателям.
Первыми эту тему оседлал Google, перенеся открытую университетскую культуры к себе на производство. И это дало взрывной эффект с точки зрения экономической эффективности, ибо в Google сразу пошли работать лучшие из лучших. Скрепя зубами гугловские практики стали потихоньку перенимать другие предприятия в Силиконовой долине, потом другие технологические компании, и вот уже строительные подрядчики в развитом мире вынуждены сверять свои графики стройки с расписанием чемпионата мира по футболу, ибо если играет сборная Италии - на работу не выйдут бетонщики-итальянцы, а если Португалия - кровельщики-португальцы.
Однако со временем стало выясняться, что открытая корпоративная культура имеет свою цену – и подчас немалую. Да, большинство сотрудников корпораций довольны тем что имеют - зарплата, бонусы, ипотека, пенсионные накопления, принятый коллектив и ненапряжная работа, по сравнению с 14-часовй сменой на швейной фабрике в Бангладеш. Но со временем среди квалифицированного персонала появилось, как у нас любят говорить, горластое меньшинство или вообще отдельные партизаны, с интересами которого работодателю приходится считаться. Ибо если не будешь - они подымут шум на весь мир, иногда предварительно слив прессе разные интересные служебные документы. Мотив может быть как чисто коммерческим - выбить себе каких-нибудь привилегий, так и бескорыстным - допустим, у компании с прогрессивным сотрудником когда он нанимался вроде как было джентельменское соглашение, не работаю на оборонку. А компания - взяла и нарушила, заключив контракт с Пентагоном. И человек запросто может пойти к журналистам – или к конкурентам, прихватив ценные сведения, – потому что посчитает, что организация его обманула.
И уже в рупоре американского крупного капитала The Wall Street Journal выходит тревожная заметка - Silicon Valley Giants Built an Open Culture. Now Workers Are Holding Them to It. (Гиганты Силиконовой долины построили Открытую культуру. Теперь их сотрудники сами управляют их бизнесом через неё). Пусть статья написана весьма осторожно, но пять лет назад и такое было невозможно представить – уж слишком много было восторгов по поводу инклюзивной корпоративной культуры, открытых дискуссий, права голоса сотрудников и прочих прелестей. Увы, фарш нельзя прокрутить назад. И выпускать такие заметки - откровенно поздно.
Нет, можно конечно закрыть сотрудникам доступы к орг. структуре собственного подразделения, а за конструктивный, но неприятный вопрос, внепланово заданный большому начальству, увольнять без выходного пособия. Шифровать все и вся, чтоб никто не догадался, но ... проблема в том, что спрос на глубоко обученных профессионалов будет расти, и те, кто не сможет / не захочет с ними работать - в итоге проиграет в конкуренции и покинет рынок.
Таким образом, то что обычно называют левацкой повесткой - экологическая, расовая, половая и вообще социальная тема будет проникать повсюду в организации в развитых странах и создавать постоянные риски. Так что, с одной стороны - ограничение доступа к конфиденциальной информации (а заодно и аккуратное отношение к внутренним коммуникациям) никто не отменял. А с другой - придется приспосабливаться к надвигающимся изменением. Ибо это есть исторический процесс развития производительных сил, меняющий общественные отношения.