Молодой человек состроил скорбную мину

Вот ведь напасть,  –  молодой человек состроил скорбную мину.  –  А мне через несколько дней следует отбыть по новому месту службы... Придется, видимо, обратиться к вашему коллеге Слуцкеру...
–  И не думайте!  –  не дал ему договорить ювелир.  –  Слуцкер вас непременно обманет!  Он вас продаст и купит.  И снова продаст,  но уже дороже. Ха! Вы еще не знаете Слуцкера! Я такого бы вам мог порассказать об этом шлемазле, молодой человек!
Тут он был несколько не прав: Слуцкер был в числе тех ювелиров, что Александр уже посетил, составив для себя представление об истинной цене сокровища  (хотя бы приблизительно).  А заодно  –  целую палитру типажей этих выдающихся представителей человечества,  обладающих одновременно повадками лисиц и акул.  И упомянутый Слуцкер оставил у него примерно то же впечатление,  что пытался сейчас внушить Соломон Давыдович. Не особенно, кстати, от всех предыдущих отличающийся.
–  Раз такое дело,  то я могу пойти вам навстречу,  –  принялся юлить Гольдшмидт. – Например, я мог бы дать вам девятьсот двадцать пять тысяч или... Гулять так гулять – девятьсот пятьдесят!
– Восемьсот, – не повышая голоса сказал Саша, глядя старику прямо в бегающие глазки.
– Что? – опешил тот. – Я вас не совсем понял...
–  Восемьсот тысяч,  –  повторил поручик.  –  Но деньги сейчас и без
ваших...  –  он покрутил в воздухе кистью,  –  формальностей.  Я  –  человек военный, и формальности мне совсем ни к чему.
–  Но...  –  попытался барахтаться Соломон Давыдович,  но по всему было видно,  что он уже сдался,  сраженный щедростью  (или глупостью) своего визави.
–  Значит,  восемьсот,  наличными и сегодня,  –  подытожил Александр, поднимаясь из кресла и забирая коробочку с перстнем.  –  До семнадцати часов деньги должны быть в моем особняке. Иначе эта безделица окажется у...