Лил дождь. Каждый из присутствовавших людей кидал по горсти земли в могилу. На глубине двух метров глухая дробь бьющих по доскам сырых комьев, разносила скрытые сигналы далеко вокруг. Далеко под землю.
Тянулись дни. Росшая неподалёку сосна, направила один из своих корней сквозь толщу земли прямиком к недавно зарытому гробу.
«Бедная сестра, — скребя по доскам кончиком корня, бесшумно прохрипело дерево, — И ради кого... на этот раз?»
Любопытной сосне от мёртвых досок (что когда-то тоже были сосной) передалась череда образов: яркий солнечный день; по одной из крепких ветвей пробежала белка, на другой, что двумя метрами выше, распускал свои трели клёст; в лес шли люди с бензопилами; одно за другим рядом падали деревья, следом, и эта сосна; тяжёлые гусеничные тракторы укладывали брёвна на грузовики;
«Мы получили ещё одно человеческое тело!» — передала сосна своими расплетшимися по округе корнями. Ветер заиграл листвой в ветвях стоящих рядом деревьев. Затрещали, едва качаясь, многолетние стволы.
Чуждый людскому слуху разговор продолжался:
«Когда можно будет прочитать?» — донеслось не от травинки, не от куста боярышника, не от улитки, ползущей по опавшим листьям, а от того, что всех их объединяло.
«Останки сестры свежие. Придётся ждать долго... очень долго, — ответила сосна, оплетая корнём гроб, желая проникнуть в него, — Немудрено, что это бесполезный представитель рода человеческого, как и большинство из лежащих вокруг».
«Ты права. Изучая людей с самого начала — от их истоков и по сей день — я прочитала каждого из них, и скажу тебе, что лучше они не становятся. До сих пор не могу понять их. К чему они стремятся? Почему миллионами их особей, может править одна, такая же особь, и в случае конфликта между правящими, гибнет всё вокруг? Братья, сёстры, они».
Безмолвный диалог не прекращался, не прекращались и поступления новых людских мемуаров.
Останки сестры лиственницы за годы истлели. Теперь сестра берёза могла протянуть к костям человека свои пытливые корни. Что скажут ей пустоты обнажившегося черепа. Была ли это при жизни правящая особь, велевшая прочим особям устраивать многотонные помойки, или из тех, что рыли в скалах тоннели, или из тех, что, забавы ради, могли изувечить животное.
Человек — существо подвижное, так просто к нему не подберёшься, так просто его не изучишь, пока ему подобные не избавятся от него, закопав в землю. Только так, мёртвым, он подобно раскрытой книге сможет поведать о своих прожитых годах, о поступках и мыслях.
В стремлении найти ответ на свой извечный вопрос по ирода так и не перестанет вплетаться корнями деревьев, землёй обволакивать, червями въедаться в тлен каждого усопшего человека. Дровосеком он был или садоводом, браконьером или пожарником, не важно. Каждая книга будет прочитана.
А где-то в лесу, грохоча и выпуская клубы чёрного дыма, трактора валили деревья.