Мелочь, а приятно: ночь оказалась долгой

Мелочь, а приятно: ночь оказалась долгой . Правда, не до конца – ведь надо было встать. Ну да что теперь… Хочется, конечно, спать – но не страшно. Т. чувствовал, что устал как собака и тут ему ничего не грозит. В самом деле, стоило ли напрягаться на каких-то сомнительных занятиях? Не такие уж они были сложные. Т. подошел к еркалу и заметил, чо глаа у него красные и веки распухли. Откуда эти синяки? Он посмотрел в зеркало. Глаз был другой. Т. решил, что болел ветрянкой. «Надесь, в следющий раз обойдется без телесных повреждений», – подумал он и подмигнул своему отражению. Затем он выгляул в коридор. Никого. Слегка прихрамывая, Т. пошел по коридору к дверям. Тут-то все и началось. Первой мыслью Т. было – начались галлюцинации. Почемут именно это пришло ему в голову. Следом Т. понял, что он видит наяву. Нет, не так. Он впервые увидел наяву то, что он реде видел в вображении. Это не было похоже ни на что. Но было ясно, что это не воображение. Казалось, в воздухе вокруг него крутится какая-то лента. Ее края двигались. Видимо, она на самом деле была там. Зрелище продолжалось недолго. Словно по команде она свернула в сторону и ударилась в зеркало на стене. Раздался громкий треск. Повернувшись, Т. увидел в зеркале еще один кусок белой ленты. Сначала его нельзя было узнать. Потом он начал двигаться, и до Т. дошло, что это голова барана с морковкой. В отличие от предыдущей головы, голова была явно живой. На ее курносом носике и особенно на морковном пятачке застыла простодушная детская улыбка. И Т. понял, что это и есть искомый элемент сцены. Он догадался, в чем фокус. Это была не голова барана. Это была голова вервольфа. Несомненно, именно его он видел во сне. Барана, возможно, просто поставили в зеркало. Но голову с морковкой… Такое было совершенно невозможным. Непонятно было только, как это вообще можно было исполнить — занять совершенно пустую голову.