Изначально мы все не придал значения новой подружке нашего инженера

Изначально мы все не придал значения новой подружке нашего инженера, пока Шила не увидела ее сходящей с борта челнока, пришедшего с яхты господина управляющего, в компании кого-то из членов экипажа. Так вот, эта "осьминожка" оказалась чем-то средним между постоянной любовницей и временной супругой одного из членов экипажа яхты господина управляющего. Дамочка эта, как и положено в таких случаях, страдала крайней степенью избалованности и капризности. Но поскольку на ближайших базах насчитывалось не так-то много представителей мужской половины гуапардов, Краппсу удалось завладеть ее вниманием и телом довольно легко и практически непринужденно. Тут уж разведывательная машина в тандеме с машиной обольщения раскрутилась на всю катушку. Уверенности, что появится полезная информация, не возникало, но попытаться стоило. И мы стали активно разрабатывать планы по добыче полезных сведений из новой пассии Краппса с активным привлечением последнего. И проблема, как всегда, случилась совсем не там, где ее ожидали. Дама вовсе не противилась активной физкультуры на ниве полового влечения, но вот к горячительным напиткам, как и прочим одурманивающим разум средствам, относилась весьма настороженно. А в твердом уме и работающей памяти оказалась то ли совершенной дурой, то ли исключительно натренированной актрисой. На различные подталкивания, намеки и поползновения разговорить новую пассию в нужном нам ключе Краппс получал лишь кучу пустых бабских сплетен: кто, с кем, где, когда и сколько раз. Возможно, такая манера поведения имела право на существование из-за однообразия местного бытия, но лично мне казалось, что дамочка ведет какую-то лишь ей известную игру, делая вид, что совершенно не интересуется ничем, кроме сплетен на тему интимной сферы. Мы уже стали подумывать о бесполезности наших усилий, как Краппс гордо объявил, что нашел дорожку к своей новой подружке. Эта известная всем разумным с детства дорожка имела старое, как мир имя - любопытство.