Вдруг Черник почувствовал, что кто-то тянет его за рукав

Он обернулся. В коридоре стояла медсестра и, жестом призывая механика молчать, поманила его назад, в комнату. Они на цыпочках прошли мимо портьеры Шафранцев.

— …Ну, этого я от Михала никак не ожидал! Конечно, малец он языкастый, но чтобы нагрубить пожилому человеку? Так оскорбить пани Шафранец? Это все из-за скандалов с отчимом он такой бойкий стал, — сказал Черник, когда пани Анеля поведала ему о случившемся. — Ну, задам я ему жару! Попомнит он меня! Мне за него краснеть перед соседями? Пусть только, наглец, вернется!..

Но Михал не возвращался. Прошло полчаса, час. Черник помрачнел. Хотелось с кем-нибудь поговорить. Излить душу. Может, посоветоваться. Но с кем?

К учительнице не пойдешь — она вечерами сидит над книжками и не любит, чтобы ее тревожили. К Петровским тоже. Пани. Ирена будет недовольна, что Геня слушает разговоры, не предназначенные для его ушей. И Витеку запретит дружить с Михалом. А это было бы совсем скверно.

Гнев постепенно проходил, уступая место беспокойству: куда же этот мальчишка запропастился? Не случилось ли с ним чего?

Механик надел полушубок и вышел на улицу. Он поднимался в гору, оглядываясь по сторонам. Но Михала нигде не было. Мороз жег щеки. «В такой холод и простыть недолго», — подумал Черник. И, как бы в ответ на эту мысль, рядом призывно засветились окна бара на Старом Рынке.

С тех пор как у Черника поселился племянник, Черник мужественно избегал соблазнов. Нельзя же мальчонке подавать дурной пример. Но сегодня, в такую стужу, хорошо бы опрокинуть кружку пива. Только одну! Может, знакомый встретится… Поговоришь с человеком, легче станет на душе.

Михал возвращался поздно. Злость на Витека, на Агнешку и на самого себя загнала его в самый конец Маршалковской улицы.

Ну погоди, Агнешка!.. Сама ты ослица!.. Я тебя проучу! Я такое придумаю, что ты пулей умчишься туда, откуда приехала.

И Витек тоже хорош! Вот уж точно осел! Зачем он пригласил ее к столу? Надо было сразу отрезать: «Да, мешаешь», и все! А этот подвинулся, место ей уступил. Идиот! Теперь придется у нее под носом тетрадки друг другу подсовывать. А она рано или поздно проболтается тетке, как дважды два — четыре! Ну и пусть! Так ему и надо! А он еще спрашивает: «Все задачки разобрал?» Сам решай, раз ты такой умный! Обойдемся без сочинения! Очень мне надо, чтобы эта ехидина опять сказала сладеньким голосом: «А сам не можешь?» Ну, змея! Я с тобой расправлюсь!..

Он возвращался медленным шагом. Теперь он знал, что делать. Только бы Витек не струсил. Впрочем, можно обойтись и без него… Как есть хочется! Интересно, что на ужин? Дядя наверняка что-нибудь принес.

Дяди дома не оказалось. Михал достал хлеб, масло, кусок колбасы. Все казалось очень вкусным. Он ел, расхаживая по комнате.

В кухне было темно — он это видел из своего окна, — значит, там никого нет. Надо вызвать Витека и сказать, что он придумал. Михал подошел к комнате и постучал к Петровским, но пани. Ирена бесцеремонно сказала:

— Витек ложится спать.

Оставалась ванная. Мальчики как-то договорились в случае чего встречаться там — ходить туда никому не возбраняется.

Вскоре Михал узнал все, что случилось в его отсутствие.

— Пани Анеля была у нас, — рассказывал Витек, — и сказала, что твой дядя страшно разозлился, когда узнал про старуху. Ох, Михал, такая заварилась каша, просто ужас! Я даже сочинение не смог написать как следует, а о задачках и говорить нечего…

Он сделал паузу, подождал, не предложит ли ему Михаил свою тетрадку… Но Михал молчал… Тогда он опять заговорил:

— А у пани Шафранец был припадок. Знаешь, я завтра перед ней извинюсь.

— Мать велела?

— Нет, я сам… Как-то нехорошо все получилось…

— А я ни за что!

— Мама считает, что дядя должен тебе всыпать как следует.

— Но, но! — возмутился Михал.

— Завтра меня, наверно, вызовут по математике, — опять вспомнил Витек и помрачнел.

— А что ж тебе эта умница не помогла?

— Да ты что? Мне даже не пришло в голову просить у нее.

— Ну, тогда либо пан, либо пропал, — ухмыльнулся Михал. — Не надо было ее приглашать к столу.

— Почему?.. Ведь кухня-то общая… И стол она отскоблила. Не так, что ли?

— Ну, так! Вот из-за стола все и вышло! Она, она во всем виновата! Зачем она лезла не в свое дело? Кто ее просил скоблить? Попомнит она меня! Мы еще увидим, кто из нас умнее! Делать из меня посмешище! От кошки рожки!