Здравствуйте, уважаемые подписчики и гости канала. Сегодня поговорим о советском генерале, геройски погибшем в самом начале Великой Отечественной войны. Виктор Павлович Пуганов в Красной Армии с июня 1919 года. В Гражданскую войну командовал пулеметным взводом и был командиром бронемашины. Далее продолжил службу в РККА. Окончил военную академию имени Фрунзе в 1928 году. С 1929 года Виктор Павлович служит в бронетанковых войсках. В августе 1940 года Пуганов – начальник Управления боевой подготовки Главного автобронетанкового управления РККА. В марте 1941 года генерал-майор Пуганов получил назначение на должность командира 22-ой танковой дивизии 14-го мехкорпуса (командир генерал-майор Оборин) 4-ой армии (генерал-майор Коробков) Западного Особого военного округа (командующий генерал армии Павлов, о котором подробнее здесь).
По воспоминаниям начальника штаба дивизии полковника Кислицина: по моему предложению генерал Пуганов приказал хранить снаряды и патроны в складах-землянках непосредственно за танковыми стоянками… Ремонтными средствами и специалистами дивизия была укомплектована на 60%, горючего имелось на три полных заправки... Куда выдвигаться полкам дивизии в случае начала войны известно не было. Приказ хранился в «красном пакете», хранившемся в штабе нашей дивизии.
На 22 июня 1941 года 22-ая танковая дивизия дислоцировалась в районе Бреста. В состав соединения входили: два танковых (43-ий и 44-ый), мотострелковый (22-ой), гаубичный (22-ой полки). В дивизии имелось 256 танков из них 251 Т-26. Генерал-майор Оборин (командир 14-го мехкорпуса) отдал приказ о приведении войск в боевую готовность в 3:30 22 июня 1941 года. До штаба 22-ой дивизии этот приказ не дошел. Генерал-майор Пуганов самостоятельно объявил боевую тревогу после начала артиллерийского и авиационного налета.
Командование Западного Особого военного округа крайне неудачно выбрало район сосредоточения для дивизии в случае начала боевых действий. Соединению Пуганова предписывалось выйти в район Жабинки, что означало необходимость переправы через реку Мухавец, пересечение Варшавского шоссе и двух железнодорожных линий: Брест – Барановичи и Брест – Ковель. Движение по этим дорогам было невозможно во время прохода частей дивизии. В результате столь неудачного плана, да и в принципе дислокации соединение уже в первые часы войны понесло большие потери. Были уничтожены практически все автоцистерны.
Первым в бой вступил 22-ой мотострелковый полк. Случилось это между Брестской крепостью и н.п. Кодень. На помощь пришли два батальона из состава 44-го танкового полка. На какое-то время удалось оттеснить немцев при этом уничтожив крупный десант на лодках на реке Мухавец. Остальные батальоны 44-го танкового полка отбивали попытки немцев переправится через Буг. В этом бою получил ранение командир полка майор Квасс (погиб на следующий день), также был ранен командир гаубичного полка подполковник Селетков, погиб майор Парфенов (начальник разведки дивизии). Относительный успех был недолгим. Благодаря своей артиллерии немецкой пехоте удалось переправиться на восточный берег. С 6 до 8 часов утра 22 июня 1941 года 22-ая танковая дивизия по Варшавскому шоссе маршем двигалась к Жабинке.
Под командованием полковника Кононова (заместитель командира 22-ой ТД) подразделения, не имевшие танков и автомашин двигались Радваничи, намереваясь в последующем также выйти к Жабинке. Это были подразделения мотострелкового и артиллерийского полков, отдельные тыловые части. На марше к этому отряду присоединились части 28-го стрелкового корпуса. К 9 часам утра 22 июня 1941 года передовые подразделения дивизия Пуганова вышли к Жабинке. Здесь приказом командующего 4-ой армией генерала Коробкова, соединение поступало в распоряжение командира 28-го стрелкового корпуса генерал-майора Попова (будущий генерал-полковник и Герой Советского Союза). Танкистам было приказано поддержать атаку корпуса северо-восточнее Бреста. К 12 часам дня 22 июня 1941 года атака была предпринята силами 43-го и 44-го танковых полков (на тот момент примерно 100 танков).
Генерал Коробков (командующий 4-ой армией, кстати, будет расстрелян, вместе, с командующим фронтом генералом армии Павловым) в 18:30 22 июня 1941 года отдает приказ 14-му мехкорпусу:
С утра 23 июня 1941 года, нанести удар с рубежа Кривляны, Пилищи, Хмелева в общем направлении на Высокое с задачей к исходу дня уничтожить противника восточнее реки Зап. Буг. Атаку танков поддерживает бомбардировочный авиационный полк смешанной авиационной дивизии.
Приказ просто "шикарный". В нем нет ни слова о противнике и его расположении. Нет ни слова и по тыловым вопросам. В 22-ой танковой дивизии не было ни одной кухни, как и запасов продуктов (были уничтожены при авианалете) не говоря уже о боеприпасах и горючем. Расположения и силы противника Коробков просто не знал. Отправлял подчиненный ему мехкорпус в неизвестность.
Горючее и продовольствие генерал Пуганов планировал пополнить на складах в городе Кобрин. 23 июня 1941 года в 8 часов утра вся 4-ая армия перешла в контрнаступление. Временный успех был достигнут именно 22-ой танковой дивизией. Соединению Пуганова удалось уничтожить батальон немецкой пехоты на Жабинском направлении. Однако, после этого попали под авианалет противника и следом по танкистам нанесли удар 3-ая танковая и 31-ая пехотная дивизии Вермахта.
После неудачной атаки в 9:30 часам утра 23 июня 1941 года дивизия сосредоточилась северо-западнее Кобрина. Далее командарм Коробков отдает приказ перейти всему 14-му мехкорпусу и 22-ой ТД в частности перейти к обороне. Соединение Пуганова прикрывало отход 28-го стрелкового корпуса. 22-ая танковая дивизия с отрядом из 6-ой стрелковой дивизии (командовал которым полковник Осташенко) вели тяжелые бои с 3-ей танковой дивизией противника. От авиации противника защищаться было нечем, в строю оставалось 67 танков Т-26.
В 16 часов 23 июня 1941 года после мощного артиллерийского и авиационного налета немцы перешли в очередное наступление. 22-ая танковая дивизия получила приказ на отход населенный пункт Именин. Здесь в районе аэродрома танкисты атаковали противника, с целью обеспечить отход пехоте из 6-ой стрелковой дивизии. В этом бою и погиб генерал-майор Пуганов. На командирском Т-26 он совершил танковый таран. В командование дивизии вступил полковник Кононов (этот человек заслуживает отдельного рассказа), на тот момент оставалось в строю 38 танков.
Генерал-майор Пуганов погиб смертью храбрых уже на второй день войны. Танковая дивизия из-за плохого расположения и еще более плохого плана на случай начала боевых действий потерпела поражение. Абсолютно не было при этом зенитной артиллерии. Где же быть зенитчикам в это время как не полигоне под Минском. Говорить о Пуганове, как о полководце я не хочу и считаю неправильным. Человек с начала войны и до момента гибели исполнял приказы вышестоящих командиров. Танкистам же упрекнуть себя не в чем. Сражались они отважно. Вечная Слава генералу Пуганову и его бойцам, погибшим за Родину.
Если понравилась статья, ставьте палец вверх и подписывайтесь на канал. До встречи.
Колесников Василий Григорьевич ©.