Я хочу быть объективным.

Двадцать третьего – двадцать седьмого апреля 1945 года французские войска вели тяжелые бои в пригородах Хайгерлока. Город входил во французскую зону оккупации. Спецотряды американцев с помощью английских ученых демонтировали атомный немецкий реактор, нашли и вывезли самолетами запасы тяжелой воды и металлического урана, реактор и знаменитого физика Гана.

Французы дрались на подступах к городу, американцы возились с реактором.

Тогда же с нейтральной территории между нами и американцами в районе города Штасфурт было вывезено тысяча сто тонн урановой руды.

Этими операциями командовал Лесли Гровс.

Я хочу быть объективным. Я знаю, что спасение человечества, нашей планеты – в объективности.

Я мог бы понять генерала во всем. Даже в том, что он швырнул атомные бомбы на вражескую страну. Война есть война, и на войне как на войне. Генералы получили новое оружие и применили его.

Я могу понять все, кроме того, что генерал Лесли играл в теннис, обедал, кушал десерт. Я даже мог бы понять его, если бы генерал Лесли после вылета самолета ушел в церковь и молился. Но он не молился.

– «Воровский»! Я «Пирятин»! Прошу на связь!

– Я «Воровский», слушаю вас.

– Дайте «малый вперед». Шланги провисают. Дайте «малый вперед», и все будет тип-топ!

– Хорошо, дадим, – сказал я, как всегда испытывая некоторую неловкость от того, что голос мой коробит эфир. – А пока скажите, в честь кого названо ваше судно?

Я услышал, как «Пирятин» вздохнул в тумане.

– Вроде есть на Украине такой провинциальный городишко. Так дайте «малый вперед», и все будет тип-топ.

– Как зовут беременную? Фамилия, год рождения, должность?

Он сказал данные нашей будущей пассажирки. Я записал их и спросил:

– Вы бывали на берегу в Нантакете?

– Ну?

– Чего-нибудь интересное есть?

– Холмы, церковь, башня, скука.

– Спасибо. До связи.

– До связи.