Помню, в детстве мысль о смерти так пугала, что темнело в глазах. Но возраст свое брал. Теплый ветерок, или возня кур во дворе, или какой-нибудь жучок – делали свое дело. И на душе снова праздник жизни.
Явилось отрочество. И юность. Печальные мысли, конечно, приходили в голову. И тут же уходили. Так нас природа бережет. Или Господь.
Какие печали, если вокруг – дружба и первая любовь? А еще познание мира. Ощущение жизни. Каждый день приносил что-то новое. И голова кружилась от счастья.
Например, студенческая жизнь. Всё школа да школа. И вдруг – особый мир, новый и привлекательный. Появились друзья-студенты. Учились, жили в общежитии. Иногда такое вытворяли, что вспоминать неудобно.
Затем новое ощущение – работа. Освоение социальной роли. Это не могло не захватить.
Туда-сюда – и новая страничка. Это женитьба. Осознание себя молодым мужем – со всеми ошибками и заблуждениями возраста.
А еще отцовство. Счастье, о котором сложно рассказать словами.
Первый гроб, что я увидел, - тещи. Помню, меня это потрясло. Странно, непонятно и больно: был человек, и вдруг – его нет. Пурга в голове, и душевное страдание, которое не унять разумом.
Однако молодость есть молодость. Она все в порядок привела. Заставила отвернуться от горя. И утешила улыбкой ребенка.
Потом еще, конечно, были страдания. Без них нет жизни, к сожалению.
И мне тогда – в молодости – представлялось, что так называемый зрелый возраст – это мука. Судите сами: дотянешь до пенсионных годков, освободишься от социальных и иных обязательств. Останешься наедине с собой – в комнате. Наедине со своими мыслями. И будет страшно: сколько осталось? Казалось, что эта сверлящая дума сведет с ума. Потому что почти вся жизнь – позади. Впереди – туман. И тупик: дороги нет.
А тогда были другие страхи. Помню, устроился на работу. Перспективную и престижную. Отработал года три. И вдруг скандал. На профессиональной почве.
В конце рабочего дня – тайком – ходил по разным организациям. Искал новое место. Казалось, что не перенесу эти страдания. Очень не хотелось что-то менять.
Впоследствии такая ситуация повторялась не раз. И бессонные ночи, и разборки, и выяснение отношений.
А сейчас перелистываю праздную трудовую книжку и думаю, что те страхи, заботы, тревоги, разочарования – скорлупа, что остается от семечек.
Ничего не сохранилось из былых переживаний. И амбиции, и потери – поблекли. Утратили свою ценность.
Происходит инфляция воспоминаний. То, что пугало, что приводило в ужас – вызывает – в лучшем случае – улыбку.
И думаешь: из-за чего копья ломали? Из-за чего оскорбляли другу друга? И обижали? Сегодня те работы, сложности и потери – даже не звук. И не пыль.
Всё, что было раньше болезненным, острым, раздражающим, вдруг сделалось пресным и заурядным.
Так нас бережет жизнь. Или Господь. Нельзя же вечно волноваться!
И вот все социальные и иные связи позади. И трудовая книжка праздно лежит в шкафу. И большая часть жизни позади.
Что греха таить? Есть, конечно, волнение перед тупиком. Есть какое-то беспокойство. Но нет той остроты перед неизбежностью, которая была когда-то в молодости.
Многое отпало: работы и карьеры, молодые мечты, беспокойные желания и тревоги тех лет.
Что осталась? Любовь.
Любовь к детям тогда была, и она осталась. Тревога за них тогда была, и она осталась. И еще тяготение души к небольшому числу родных. Тоже осталось.
Радость жизни обрела четкую форму, в отличие от размытой юности. Радость – каждого дня, как бы банально ни звучало.
Всё затихает – внутри. Ненужное и временное отваливается. Остается прочное, главное, стержневое - любовь к дочери и к внучке. Любовь к родным. Любовь к тем, кто тебя любит.
И понимаешь, что все отпадет. И почему-то нет паники, нет страха – перед туманом.
Наверное, так нас Господь бережет.