крестьяне были обязаны уплачивать крайне тяжёлый поземельный налог, а также налог с каждого взрослого мужчины.
[Картинка: img_258.jpeg]
Всадник монгол. Картина художника Чжао Мын-Фу. Конец XIII в. Шёлк
Тяжелым бременем легла на крестьянство конная повинность. Лошади в Китае применялись и для всевозможных перевозок, и на мельницах, и на оросительных сооружениях, и при обработке земли. Завоеватели стремились изъять у населения как можно больше коней, поскольку монгольская армия испытывала в них постоянную потребность. Последствия этого для сельского хозяйства были крайне тяжелыми. Губительно отзывался на крестьянском хозяйстве и постоянный угон в монгольскую армию значительного числа мужчин, которые использовались при осадных работах и как носильщики во время походов. Полагалось брать одного человека из каждых десяти, но на деле монголы брали столько, сколько считали нужным.
Члены дома великого хана и многочисленная монгольская знать получили большое количество земель. По сведениям, дошедшим до нас от времени Хубилая, многие из этих владений занимали площадь «близкую к 1000 цин», т. е. более 6 тыс. га каждое. Часть этих земель использовалась под пастбища, другую же часть обрабатывали закрепощённые китайские крестьяне. Землевладение монгольской знати непрерывно росло. Возникали владения, в которых, по свидетельству китайских источников, имелось до 80 тыс. крестьянских дворов. Сын Хубилая получил 106 тыс. крестьянских дворов. Должностные лица из аппарата управления и предводители отдельных монгольских отрядов также захватывали земли, превращая крестьян в своих крепостных.
Положение крестьян в поместьях резко ухудшилось. Крестьяне утрачивали даже те остатки личной свободы, которые они сохраняли в позднетанское и в сунское время. Земли буддийских храмов и монастырей, как и раньше, налогом не облагались. Это обстоятельство продолжало служить известной приманкой для китайских крестьян, передававших себя и свои участки под патронат церковных феодалов в расчёте на относительно меньшую эксплуатацию. Но монастыри и сами стремились захватывать земельные владения. Рост монастырского землевладения принял такие размеры, что это заставило монгольское правительство в 1327 г. запретить монастырям покупать у населения землю.
Торгово-ремесленные объединения. Последствия монгольского завоевания
Монгольские завоевания не прекратили роста торгово-ремесленных объединений (хан). По свидетельству венецианского путешественника XIII в. Марко Поло, в Ханчжоу, например, имелось 15 ремесленно-торговых объединений, причём каждое из них владело большим количеством домов. Развитие торгово-ремесленных объединений было связано с изменением их положения. Раньше представители одного ремесла или продавцы одного вида товаров должны были производить определённые товары или торговать ими тольков указанных местах — «рядах». Существовали строгие правила, определявшие число торговцев в этих рядах, виды товаров и район торговли ими. В связи с ослаблением ещёв сунское время правительственной регламентации производства и торговли монопольные права объединений на производство тех или иных видов товаров и особенно на торговлю ими в определённом районе начали переходить в руки самих торгово-ремесленных объединений. При монгольских же правителях, когда правительственная регламентация совсем исчезла, эти объединения, получившие большую самостоятельность, вступали в соглашения друг с другом и таким путем сохраняли за собой монополию определённых видов производства и районов сбыта.
Торгово-ремесленные объединения были обязаны поставлять товары завоевателям почти бесплатно. В дальнейшем натуральная подать была заменена денежной. Обложение ремесленников и торговцев основывалось на размерах их имущества. Налоги возлагались монголами на объединение в целом, а оно уже само определяло долю каждого своего члена. Так наряду с ремесленниками, обращёнными в рабов, завоеватели эксплуатировали и ремесленников, остававшихся на свободе.
Завоёванная страна фактически была предоставлена произволу отдельных монгольских военачальников, управлявших теми или иными районами и беспощадно эксплуатировавших китайское население. Местные правители не считались ни с чем — ни с законами, ни с указами даже самих великих ханов. А то, что творили местные правители, делалив масштабах, доступных их власти, и их подчинённые. Последствия этого не замедлили сказаться. Раньше всего они проявились в Северном Китае, который управлялся монгольскими военачальниками безраздельно. Китайские источники свидетельствуют, что ко времени изгнания монголов «в Шаньдуне и Хэнани во многих местах совершенно не осталось людей». Упадок, вызванный монгольским завоеванием, отразился и в области финансов. Монголы ввели в широкое обращение бумажные деньги и в первое время старались поддерживать их ценность, издавая указы, запрещавшие их бесконтрольное печатание. Однако постепенно эти запреты перестали соблюдаться, и само правительство стало на путь безудержного выпуска бумажных денег. Это привело к полному обесценению бумажных денег, дезорганизовало торговлю, вызвало огромное вздорожание товаров и способствовало дальнейшему обнищанию населения.
Борьба китайского народа за свержение монгольского ига
К XIV в. власть монгольских завоевателей в Китае ослабела. Вместо единой Монгольской империи в это время уже возникло четыре монгольских государства. Собственно Монголия, Маньчжурия, Китай и Тибет входили в состав одного из них — «государства великих ханов». Ослабление власти монголов усугублялось в Китае распрями среди монгольской знати. С начала XIV в. велась почти непрекращавшаяся борьба между отдельными претендентами на престол. Власть захватывали различные временщики, свергавшие одних императоров и возводившие на трон других. Всё больше проявлялся кризис финансов. Упомянутый выше выпуск бумажных денег, вылившийся в безудержную денежную эмиссию, расстроил хозяйство Китая.
[Картинка: img_259.jpeg]
Китайский корабль. Рисунок из китайской энциклопедии XV в.
Недовольство китайского населения росло. Более всего страдали от монгольских захватчиков крестьяне и городские ремесленники, нёсшие на себе всю тяжесть поборов и притеснений. Но недовольны были и китайские феодалы, оттеснённые от правительственных постов и находившиеся под постоянной угрозой лишения их владений и даже жизни по произволу монгольских ханов. Сравнительно свободнее чувствовали себя купцы, так как монгольские завоеватели не чинили препятствий торговле, однако это не могло смягчить всё возраставшую в китайском народе ненависть к поработителям. Со всей остротой открытая борьба китайского народа с монгольскими ханами развернулась в середине XIV в., в правление Тогон-Тимура (Шуньди), последнего императора монгольской династии в Китае.
Толчком к массовому движению послужило стихийное бедствие, разразившееся в 1350—1351 гг., — разлив реки Хуанхэ. Наводнением были охвачены обширные районы нынешних провинций Хэнань, Хэбэй и Шаньдун. Это бедствие переполнило чашу народного терпения. В 1351 г. Тогон-Тимур приказал согнать население на возведение защитных дамб. И в этом же году сразу в двух местах вспыхнули народные волнения: в Сюйчжоу (провинция Цзянсу) поднял восстание Ли Эр, в Жаньяне (провинция Хубэй) — Мын Хай-ма. Вслед за тем волнения начали вспыхивать в самых различных местах.
Решающую роль в борьбе с монгольскими завоевателями сыграло знаменитое в истории Китая восстание «Красных повязок». Образовалась крестьянская повстанческая армия, которую по цвету головных повязок, служивших знаком принадлежности к восставшим, назвали тогда «красной армией» (хун цзюнь). Ядром восставших были члены секты «Белого лотоса». К ним принадлежали и сам предводитель восстания Хань Шань-тун и его сын Хань Линь-эр, занявший место отца после его смерти. В период своего возникновения, еще в IV—V вв., секта «Белого лотоса», разделявшая учение одной из разновидностей буддизма, охватывала представителей господствующих слоев китайского общества, но со времени Сун она полностью изменила свой характер. Сторонники секты стали придерживаться народных верований, а сама секта получила широкое распространение в народной среде. Тогда же секта приобрела структуру «тайного общества», т. е. типичную для средневекового Китая организационную форму, связанную с народными движениями.
[Картинка: img_260.jpeg]
Арка мавзолея императора Чэнцзу. XV в.
В 1351 г. Хань Шань-тун и Хань Линь-эр подняли знамя восстания. В 1352 г. к ним присоединился предводитель другой группы восставших — Го Цзы-син. В его отряды и вступил Чжу Юань-чжан, бывший служка буддийского монастыря, будущий император. Вскоре он создал свои собственные отряды и в 1356 г. захватил город Цзинь-лин (Нанкин), важнейший стратегический пункт в Центральном Китае. Используя народное движение, Чжу Юань-чжан вёл борьбу и против власти чужеземных поработителей, и против других предводителей восстания для того, чтобы сосредоточить в своих руках власть, а в 1368 г. объявил себя императором. Так начала свое существование новая династия Мин, по имени которой стала именоваться и вся империя. Столицей империи стал Цзиньлин.
Однако в тот момент под властью нового императора находилась только центральная часть Китая. Юг, правда, быстро подчинился ему, но на севере ещё держались монголы. В столице страны Яньцзине ещё правил великий хан. Поэтому Чжу Юань-чжан направил на север свои войска, которые при активной поддержке китайского населения быстро освободили от монгольских завоевателей район нынешних провинций Шаньдун и Хэнань и взяли Яньцзин. Тогон-Тимур с остатками монгольских сил отступил во Внутреннюю Монголию. После его смерти остатки войска завоевателей отошли во Внешнюю Монголию. Так было свергнуто монгольское иго, тяготевшее над китайским народом около столетия. Решающую роль в этом сыграли народные массы. Своим освобождением и последующим расцветом Китай был обязан великому народному движению, главную силу которого составляла крестьянская армия «Красных повязок».
Литература в период монгольского завоевания
Несмотря на монгольское завоевание, культура китайского народа продолжала развиваться. В XIII в. в Китае, особенно в среде горожан, расцвело искусство романа и драмы. Роман развился на основе рассказов народных сказителей, бродивших по всей стране, а драма выросла из представлений уличных скоморохов. Литературные произведениясоздавались в XIII в. уже не на литературном языке времён Тан и Сун, а на народном языке. Достаточно развитое книгопечатание способствовало распространению, а в некоторой мере и росту китайской литературы.
Наибольшую известность получили два исторических романа этого времени: «Речные заводи» («Шуйху чжуань») и «Троецарствие» («Саньго чжи яньи»). В романах показывались смелые, отважные люди, изображались их подвиги и восхвалялась борьба с коварством, изменой, предательством и подлостью. Героями этих романов были люди, которые защищали народ от тиранов. Роман «Речные заводи» повествует о борьбе против тирании одного из императоров Сунской династии. В романе «Троецарствие» героями являются известные деятели эпохи, наступившей непосредственно после падения Ханьской империи. В тяжёлое время монгольского ига китайский народ вдохновлялся своей национальной героикой. Героические темы, которыми была полна литература, нашли своё выражение и в пьесах.
Правление Чжу Юань-чжана
Встав во главе восстановленного Китайского государства, Чжу Юань-чжан (Тайцзу, 1368—1398) прежде всего расправился с крупными феодалами. Значительную часть знати он уничтожил. Другая часть феодалов была отстранена от непосредственного управления своими землями. Чжу Юань-чжан присвоил своим сыновьям, а также ряду важнейших своих сподвижников различные титулы. Обладателям этих титулов были приписаны земельные угодья, обрабатывавшиеся крестьянами, но доход с этих угодий уже не поступал непосредственно в руки их владельцев, а в определённых размерах