связи с появлением городских нецерковных школ «бродяжничество» школяров (или схоляров от латинского слова «schola» — школа) стало обычным явлением. В это время вагантов начали именовать также и голиардами (по имени Голиафа, проявившего, согласно библейским легендам, дьявольскую гордость и дух возмущения и считавшегося как бы «патроном» вагантов).
К XII в. относится и зарождение своеобразной вагантской, или голиардической, поэзии на латинском языке. Бродя по всей Западной Европе, зачастую вместе с жонглёрами, чьё творчество в основном отражало интересы и чаяния народных масс, ваганты испытывали прямое воздействие с их стороны, усилРонсевальская битва. Миниатюра XV в. из рукописи «Больших французских хроник»ивавшее демократическую направленность голиардической поэзии.
Постоянной мишенью острой и беспощадной критики голиардов была католическая церковь. Они смело выступали против папы, кардиналов и других служителей римской курии. Так, например, в одном из стихотворений поэт-голиард писал:Рим и всех, и каждогоГрабит безобразно;Пресвятая курия —Это рынок грязный...(Перевод О. Румера)
Сатирическое изображение папства дополнялось у голиардов не менее сатирическим изображением белого и чёрного духовенства. Голиарды резко высмеивали продажность и алчность епископов, неподобающий образ жизни церковнослужителей, лицемерие, грубость и полное невежество монахов. Ваганты отвергали лицемерный церковный аскетизм, т. е. изуверское учение католической церкви об умерщвлении плоти, при помощи которого церковь стремилась примирить народные массы с их тяжёлой долей на земле, и прославляли радости не небесной, а земной жизни.
Церковь преследовала вагантов так же упорно, как и жонглёров, ибо она отчётливо понимала, насколько опасны для неё эти представители ранней городской культуры, осмеивающие и критикующие католическое духовенство.
Рыцарская литература
Продолжала развиваться в XI—XIII вв. и литература господствующего класса. Сохранились многочисленные героические поэмы этого времени, носящие название «Chancons de Geste» («Песни о подвигах»). Наиболее знаменитой поэмой, воспевающей военные подвиги феодалов, является «Песнь о Роланде», сложившаяся во Франции на основе народного эпоса. Однако при обработке поэтами-рыцарями (Тэрульдом и др.) народных сказаний о действительном событии, связанном с именем одного из военачальников Карла Великого графа Роланда, который погиб в Ронсевальском ущелье в Пиренеях во время похода 778 г. в Испанию, подлинная историческая обстановка этого события совершенно утратилась.Оно оказалось перенесённым в обстановку феодального общества XI—XII вв., а сам граф Роланд превратился в идеальный тип феодального вассала, до конца преданного своему сеньору.
В XII в. во Франции появились и рыцарские романы, наиболее распространёнными из которых были стихотворные романы о легендарном британском короле Артуре (V—VI вв.) и его рыцарях, собиравшихся вокруг круглого стола, романы о Тристане и Изольде, посвящённые истории их трагической любви, и цикл романов о так называемом «святом Граале». Под «Граалем» подразумевалась важнейшая христианская реликвия — чаша, якобы фигурировавшая, согласно христианским мифам, на «тайной вечере» и при «распятии Христа». Наиболее крупным автором рыцарских романов является Кретьен де Труа (вторая половина XII в.), который пользовался широким успехом и имел большое число подражателей.
Лирическая поэзия французского рыцарства достигла расцвета на юге в XII—XIII вв. в так называемой «куртуазной» (придворной) поэзии трубадуров (на севере их называли труверами). Преобладающей темой поэзии трубадуров и труверов являлось изображение «идеальной любви», т. е. рыцарского служения даме сердца, ради которой рыцари подвергались всевозможным опасностям. Аристократический слой трубадуров, творчество которых наиболее ярко отражает интересы и чаяния господствующего класса, представляли богатые и знатные феодалы (Бертран де Борн и др.). Другую часть провансальских трубадуров составляли выходцы из мелкого рыцарства, жившие при дворах и замках могущественных сеньоров. Они с завистью наблюдали за ростом земельных богатств в руках католического духовенства и охотно прислушивались к голосу горожан, настроенных по отношению к церкви крайне оппозиционно. Для этой части провансальских трубадуров характерным являются откровенное преклонение перед радостями земной любви, отрицание церковной проповеди, аскетизма и ироническое отношение к церковным догматам (Арно Даниэль, Жоффруа Рюдель, Гильом де Кабестань и др.).
К числу трубадуров принадлежали и выходцы из среды горожан, происхождение которых наложило вполне определённый отпечаток на их творчество, несмотря на их жизнь в феодальных замках и службу феодалам. Именно этим поэтам принадлежали наиболее близкие к народному творчеству лирические произведения и наиболее резкие стихотворения, обличавшие католическую церковь (Бернар де Вентадорн, Маркабрюн, Пьер Видаль и др.).
В развитии французской прозы XIII в. большую роль сыграл Жоффруа Виллардуэн (около 1155—1213), один из активнейших участников четвёртого крестового похода, написавший «Историю завоевания Константинополя» на французском языке.
Архитектура и изобразительное искусство
Интересы феодалов определяли господствующее направление в средневековом искусстве и прежде всего в архитектуре. Со второй половины XII столетия в Северной Франции появилась архитектура нового, так называемого готического стиля (XII—XIV вв.). Соборы готического стиля воздвигались главным образом в городах, т. е. на территории, ограниченной городскими стенами. Необходимость предельной экономии площади в сочетании со стремлением к грандиозности во многом определяли конструкцию и формы готических зданий. Характернейшей чертой готической архитектуры являлось устремление зданий ввысь, достигавшееся при помощи остроконечных стрельчатых арок, которые заменили собой полуциркульные сводчатые арки построек романского стиля. Основой готического собора являлись столбы, состоявшие из пучка высоких и стройных колонн, на которые опирались ребра (нервюры) стрельчатых арок, перекрещивающихся на очень большой высоте. Всё здание, таким образом, состояло из строительных ячеек (травей), ограниченных четырьмя внутренними пучками колонн и имевших особые, выступавшие с наружной стороны здания столбы (контрфорсы), которые через связующие полуаркипринимали на себя значительную часть тяжести свода. Поэтому готические соборы в отличие от соборов романского стиля не нуждались в тяжелых и толстых стенах. Здания стали менее массивными. В стенах появились огромные окна со стеклами, разукрашенными яркой живописью по стеклу (витражи). Многочисленные статуи, каменная резьба иорнаменты с растительными мотивами придавали готическим зданиям еще большую динамичность. Таковы были готические соборы в Париже, Шартре, Бурже, Бове, Амьене, Реймсе и в других городах.
При помощи великолепных готических храмов церковь стремилась внушить народным массам идеи о недосягаемой высоте божества, а также католической церкви как его представительницы на земле, и о ничтожестве самого человека. Однако готическая архитектура не может рассматриваться лишь с точки зрения того, насколько удачно она отвечала интересам католической церкви. Готические соборы свидетельствуют о громадном трудовом опыте и выдающемся художественном вкусе многочисленных поколений городских ремесленников. Соборы свидетельствуют и о возросшем техническом мастерстве горожан, непосредственно связанном с общим ростом производительных сил во Франции. Уважение, которое испытывали современники по отношению к архитекторам из ремесленных цехов, возводивших готические соборы, нашло свое отражение в том, что ряд имён этих архитекторов сохранился до нашего времени и в том числе имя Виллара из Оннекура, который оставил после себя целый альбом чертежей и рисунков, представляющих чрезвычайно большой интерес.
[Картинка: img_156.jpeg]
Внутренний вид Амьенского собора. XIII в.
В области скульптуры в это время под влиянием народного искусства шло непрерывное нарастание реалистических тенденций. Изображения становились более жизненными, а сюжетами всё чаще являлись теперь различные жанровые сцены (крестьяне за уборкой урожая, ремесленники, строящие здания, магистры, читающие лекции своим ученикам, и т.д.), а также различные народные сказки или сценки из «Романа о Лисе».
Искусство городских ремесленников нередко открыто противостояло церковному. Неизвестные городские скульпторы изображали на стенах соборов, на паперти и на хорах карикатурные фигуры клириков или животных в одежде попов и монахов. Встречались сатирические изображения и конкретных лиц — королей, епископов и богатых горожан, главным образом в виде грешников, подвергающихся адским мучениям. Как выражение оппозиционных по отношению к церкви народных настроений в резьбе и фигурах, украшавших церковные соборы, долгое время сохранялись мотивы народной мифологии и орнаментики, связанной с изображением животных. С проявлением народной самостоятельности в области искусства церковь вела такую же упорную борьбу, как и со всеми другими её формами. Один из видных представителей католической церкви во Франции середины XII в. — Бернар Клервосский с неприкрытой злобой писал: «К чему в монастырях перед лицом читающей братии это смешное уродство... к чему здесь нечистые обезьяны? К чему дикие львы?.. Тут зверь влачит зад козы, являясь спереди лошадью, там рогатое животное оканчивается конём. Наконец, столь велико и столь причудливо разнообразие всяких форм, что ты пожелаешь скорее... провести целый день в любовании этими диковинками, чем в размышлении над божественным законом». Несмотря на все запреты, которым католическая церковь подвергала народное творчество, оно было вечно живым и неиссякаемым. В искусстве так же, как и в других областях средневековой культуры, шла непрерывная борьба народного начала с феодально-церковным.
[Картинка: img_157.jpeg]
Чертёнок, играющий на скрипке. Скульптура из Амьенского собора. XIII в.
Высокого развития в период господства готического стиля достигло искусство книжной миниатюры, которым особенно славились парижские мастера. Замечательными памятниками их искусства являются псалтырь и часослов, изготовленные для французского короля Людовика IX.
Парижский университет
В XII столетии во Франции, как и в других европейских странах, начала складываться высшая школа — университет (от латинского слова «universitas» — совокупность. Так назывались в XII в. объединения преподавателей и учащихся). Типичным средневековым университетом был Парижский, получивший в 1200 г. королевскую хартию, которая узаконивала его права, и являвшийся средоточием учащихся из различных стран Европы (обучение в средневековых университетах велось на латинском языке).
Все преподаватели объединялись в особые организации, так называемые факультеты (от латинского слова «facultas» — способность, т. е. способность преподавать тот или иной предмет). Впоследствии под словом «факультет» начали понимать то отделение университета, на котором преподавалась определённая отрасль знания. В Парижском университете имелось четыре факультета: один, наиболее многочисленный назывался «младшим» или «артистическим» (от латинского слова «ars» — искусство). Это был общеобразовательный факультет, на котором проходилось семь «свободных искусств». Кроме этого факультета, имелось три «старших» — медицинский, юридический и богословский, на которые студенты принимались лишь по окончании «артистического» факультета.
[Картинка: img_158.jpeg]
Ронсевальская битва. Миниатюра XV в. из рукописи «Больших французских хроник». XIV в. Ленинград, Государственная публичная библиотека имени Салтыкова-Щедрина
Средневековая университетская наука называлась схоластикой, т. е. «школьной» наукой. Сравнительно низкий уровень производительных сил в феодальном обществе, медленно изменявшееся состояние сельскохозяйственной