Инар улыбнулся, чуть сжал мою ладонь, потом поднес ее к губам и поцеловал так, что я едва не превратилась в одну сплошную лужицу

19 ноября 202119 ноя 2021

1 мин

Инар улыбнулся, чуть сжал мою ладонь, потом поднес ее к губам и поцеловал так, что я едва не превратилась в одну сплошную лужицу. – Поправляйся, – прошептал он и пошел к выходу. Обернулся лишь на пороге, грустно улыбнулся мне, открыл дверь, впустил раскрасневшуюся от ярости Варю и ушел. Тут отмерла тетя Матрена: – Вот кобель-то, а! Ярослава, чего это у тебя вид совсем невменяемый? Я вздрогнула, вернулась в настоящее и вспомнила о насущном. – Ой, мне бы это… выйти. – Варвара, чего стоим? Ты с лекций отпросилась под видом сиделки, вот и уваж болезную! Демон, а это был именно он, стремительно подошел, откинул с меня покрывало, подхватил на руки и понес к туалету. Я едва пузырек на подушку бросить успела. А тетя Матрена так вообще с тихим «плюх» на пол села. – Это что ж деется! – запричитала она. А меня внесли, даже посадили и утопали ругаться с домовихой. – Ты что, ирод, делаешь! – причитала та. – Мало того что в девичье тело затесался, так ты ж его гробишь! О Варе подумал, черт поганый,

Инар улыбнулся, чуть сжал мою ладонь, потом поднес ее к губам и поцеловал так, что я едва не превратилась в одну сплошную лужицу.

– Поправляйся, – прошептал он и пошел к выходу.

Обернулся лишь на пороге, грустно улыбнулся мне, открыл дверь, впустил раскрасневшуюся от ярости Варю и ушел.

Тут отмерла тетя Матрена:

– Вот кобель-то, а! Ярослава, чего это у тебя вид совсем невменяемый?

Я вздрогнула, вернулась в настоящее и вспомнила о насущном.

– Ой, мне бы это… выйти.

– Варвара, чего стоим? Ты с лекций отпросилась под видом сиделки, вот и уваж болезную!

Демон, а это был именно он, стремительно подошел, откинул с меня покрывало, подхватил на руки и понес к туалету. Я едва пузырек на подушку бросить успела. А тетя Матрена так вообще с тихим «плюх» на пол села.

– Это что ж деется! – запричитала она.

А меня внесли, даже посадили и утопали ругаться с домовихой.

– Ты что, ирод, делаешь! – причитала та. – Мало того что в девичье тело затесался, так ты ж его гробишь! О Варе подумал, черт поганый, каково ей будет потом деток-то вынашивать, а?

– Начинаетссся, – прошипели потусторонним голосом. – Да что девке сделается-то?

– Тебе перечислить? – возопила домовиха.

– Не надо, – хмуро ответил демон и тут… начал оправдываться. – Тетя Матрена, любые силовые нагрузки на тело Вари не идут, иначе какой с меня охранник? Создается силовая оболочка, да и не стал бы я ее тело перегружать в… эти дни.

– А-а-а, – домовая захихикала, – так-то тебе, будешь знать, почем доля женская. А теперь скажи-ка мне, Нирхор, мне только что показалось, или как?

– Да… – протянули все тем же потусторонним голосом, – он из наших. Не чистокровный, но наш.

Ну тут уж мое любопытство не выдержало. Со всеми делами покончив, поползла мыть руки. Зашла Варя, на мое «э-э-э», демон выдал:

– И чего я там не видел? – поддержал, пока я непослушными и слабыми руками воевала с мылом и водой.

Потом помог дойти до кровати. Ноги не слушались, руки безвольными плетями висели, в голове было темно и словно прибой шумел.