ИЗ МОЕЙ ДАВНЕЙ БЕСЕДЫ С ЛЕГЕНДАРНЫМ АКТЁРОМ, КОТОРОМУ 70 ИСПОЛНИЛОСЬ НА ДНЯХ:
— Бывает так: приходят к Сухорукову и говорят: «Вот, есть такая роль», а Сухоруков читает сценарий и отвечает: «Нет, не моё»?
— Бывает.
— А потом выясняется, что фильм-то гениальный, а Сухорукова там нет?
— Ничего. Значит, судьба. Я фаталист.
Для меня судьба — не радиация, не эфемерное ощущение. Для меня судьба — некая программа. Я в это верю. Судьба тоже управляема. Только я не хочу ее отпугивать от себя, говоря, что там все запрограммировано. Я на нее не влияю, но я ее слышу, я ей подчиняюсь, я с ней содружествую, с судьбой.
Как можно жалеть о собственном решении? Надо уметь быть рискованным, отчаянным, в конце концов. Но не терять голову при этом. Любое решение простительно. Буду я потом о нем жалеть или не буду — главное, чтобы оно принималось ясно и понятно.
Не должно быть «авось», особенно там, где мое решение касается судеб людей.
— Вы часто играете персонажей, которые действительно принимают судьбоносные решения, императоров, людей, от которых зависят судьбы целых народов. А кто зависит от актера Сухорукова? Коллектив зависит от вас?
— Обязательно. И коллектив, и руководство, и бухгалтер. Все от меня зависят. Влияют ли мои решения на них? Конечно, влияют. Поэтому я живу правильно. Честно выполняю свою роль в профессии.
— В одном из ваших радио-интервью вы рассказывали, что ездите на метро, в общественном транспорте. И ведущий удивился: «Ну, это как-то не по чину». Вы ему не возразили.
— А что возражать? Ну, он так думает. Пусть ездит на «мерседесе». Посмотрим, кто быстрей доедет до счастья. Я до сих пор жив, здоров и никогда не опаздываю. Потому что в метро езжу.
— Вы всегда таким были? Не опаздывали?
— Опаздывал. Мне уже не хочется на эту тему говорить, потому что я опять сейчас нырну во вторую свою жизнь, где я сам себя собирал. Вы знаете, как камни разбрасываются? Так вот я свои камешки собрал. И вот сейчас я этот мешок на себе несу. Не курю, не пью, люблю профессию, дисциплинирован, аскетичен, тренирую себя быть интересным людям, нужным, востребованным. А для этого надо быть все время в каком-то тонусе. Я даже сердцу все время говорю: «Не болей, стучи, стучи в ритм, чтобы все было замечательно».
— Но невозможно же всегда быть вот таким?
— Нет, нет, невозможно лишь до тех пор, пока не привыкнешь. А когда привыкнешь, то этого уже и не замечаешь.
— Вы когда домой приезжаете, как-то выключаете вот это вот все? Или постоянно в таком напряжении?
— Конечно, выключаю. Сижу в кресле голый. Пью чай с пряниками, с пирожными. Смотрю телевизор, слушаю радио, читаю книги.
Ну что тут интересного? Я же Кот по гороскопу. «Жили-были два кота, та-та-та, та-та-та...»