Сегодня мы заканчиваем беседу о попытках коммунистов устроить свое собственное православие. Для тех, кто все пропустил: начало и продолжение.
Мы оставили наших героев в очень сложный момент конца 1924 года, когда вернувшийся Патриарх Тихон отказался от политической борьбы с большевиками и занялся делами церковными, а лидеры обновленчества разругались между собой. Власти же - как НКВД, так и Антирелигиозная комиссия ЦК ВКП(б) - задались интересным вопросом: что делать с христианами в этой ситуации?
На пути к третьему Собору
Возвращение Тихона, примирение его с властью, дало патриаршьей церкви огромный успех. При этом для многих верующих и публичное объявление своих заблуждений, и воззвание Тихона о примирении церкви и государства не вызвало среди верующих какого-то ажиотажа. Все понимали эти слова как неизбежный политический танец.
Практически сразу священники и верующие начали возвращаться в патриаршью церковь.
Власти предприняли очень интересную попытку использовать религию в собственных целях. В 1924 году Евгению Тучкову, видному деятелю из ОГПУ, курировавшему движение обновленчества со стороны НКВД, было поручено организовать представительства обновленческой церкви за границей, и через них попробовать вернуть вывезенное в ходе интевенции или просто реквизированное имущество. Ситуация располагала - в этот момент создан СССР, гражданская война заканчивается совсем, освобождение патриарха из заточения и прекращение дела против него позволяют устроить дипломатическую игру.
Не то чтобы этот проект был каким-то мегаудачным, но в США обновленческая церковь вполне успешно организовала отделения Живой церкви в нескольких странах и даже смогла отсудить право на имущество РПЦ - в частности, кафедральный собор св. Николая в Нью-Йорке.
Поддержка обновленцев государством пока еще есть, и это пока еще создает какие-то надежды - и у обновленцев, и у большевиков.
Смерть Тихона в апреле 1925 года вызывает последний яркий бросок обновленцев к победе над традиционной церковью. Почти сразу объявляется о проведении Третьего всероссийского собора (то есть уже второго обновленческого). На собор зовут и "тихоновцев", но И.о. патриарха (местоблюститель) митрополит Пётр (Полянский), человек самых традиционных взглядов и старой закалки, подтверждает отлучение всех обновленцев, а собор - незаконным.
Должно твёрдо помнить, что по каноническим правилам Вселенской Церкви все <…> самочинно устраиваемые собрания, как и бывшее в 1923 году живоцерковное собрание, незаконны. Поэтому на них присутствовать православным христианам, а тем более выбирать от себя представителей на предстоящие собрания канонические правила воспрещают
Последний шанс договориться исчезает. Чтобы усилить свои позиции, почетным председателем назначают Патриарха Константинопольского Василия (который не приехал, но написал приветственное письмо).
Третий собор и его последствия
Собор был проведен в начале октября 1925 года. На нем присутствовало около 300 человек - как представители высшего духовенства, так и простые прихожане.
По сути обсуждения ни к чему не привели. По ходу третьего собора, по большому счету было объявлено этакое непредрешенчество - мол, пока реформы заморозим, надо собрать вселенский собор, который должен такие вещи решить. Подобная политика привела несколько лет назад к поражению белогвардейцев, но надо понимать, что смысл собора (объединение церкви и контроль над тихоновскими священниками) уже был провален еще до начала собора.
И Александр Введенский идет на довольно некрасивый и неосмотрительный шаг. Он публично сообщает фальшивые данные некоего "епископа Николая", словно бы незадолго до кончины Тихон и его нынешний местоблюститель Петр проводили переговоры с живущими в Париже Романовыми о восстановлении их на престоле. Бомба получилась еще та. И именно это письмо стало последним выстрелом в голову обновленчества.
Дело в том, что незадолго до собора НКВД пытается устроить переговоры с местоблюстителем. Петр Полянский - сподвижник Тихона, он пользуется большим авторитетом. И фактически именно он возглавляет церковь. ОГПУ пытается наладить взаимоотношения, обещается даже вернуть патриаршьей церкви легальный статус; но взамен НКВД ожидает лояльности церкви, подтверждения позиции Тихона о выходе церкви из политики. Митрополит Петр относится к революции крайне резко отрицательно, он не верит обещаниям НКВД. И он наотрез отказывается от сотрудничества.
После этого местоблюстителя начинают проверять на связи с контрреволюционными деятелями. И в декабре 1925 года Полянского арестовывают и отправляют в ссылку. Из заключения он так и не выйдет - после ссылки будет тюрьма, а затем - расстрел в 1937 году. Справедливо ли? В течение всего срока заточения он будет рассказывать прихожанам публично о неправедной власти, о том, что долго большевикам точно не продержаться. 11 лет антигосударственной пропаганды ненависти в местах заключения приведут его на задний двор магнитогорской тюрьмы и в братскую могилу. Увы, довольно закономерный итог.
Но главной бедой обновленцев станет не "злостный донос" Введенского, прежде вроде бы в подобных делах не замеченного, не негатив патриашьей церкви, вновь попавшей под пристальное негативное внимание НКВД. Главной бедой станет назначение нового местоблюстителя - отца Сергий.
Да здравствует Патриарх!
Перед арестом митрополит Петр пишет последние распоряжения, в которых, среди прочего, назначает и.о. местоблюстителя - отца Сергия (Стратогородского).
Отец Сергий был в числе священников, которые активно поддержали идеи Живой церкви, но впоследствии осознали свои заблуждения. После освобождения Тихона из заточения Сергий, митрополит Владимирский, покаялся в своих заблуждениях. Но если остальные священники приносили покаяние лично Тихону, то Сергий не побоялся принести покаяние публично.
В декабре 1925 года Сергий получает обязанности местоблюстителя. Но он - священник, приближенный к сосланному митрополиту Петру, и потому он попадает под пристальный контроль НКВД.
В конце 1926 года Сергия арестовывают. Обвинение состоит в том, что он пытается проводить антисоветскую деятельность - организует выборы руководителя нелегальной организации. Действительно Сергий пытается провести выборы Патриарха. И у него почти получается, но волна арестов не позволяет закончить это дело.
Однако в 1927 году дело против Сергия внезапно прекращается. Это связано с простым фактом - о.Сергий идет стопами покойного Патриарха и пишет "Декларацию митрополита Сергия", подтверждающую аполитичность церкви:
особо важно теперь показать, что мы, церковные деятели, не с врагами нашего Советского государства и не с безумными орудиями их интриг, а с нашим народом и Правительством
Почти сразу Сергий просит разрешения у властей вернуть патриаршьей церкви легальный статус и разрешить организовать руководящий орган - Синод. И, неожиданно для обновленцев, власти дают такое разрешение. Конечно, Синод назначается Патриархом, поэтому создается Временный патриарший Священный Синод.
Еще один страшный удар нанес бывший "почетный председатель" - Патриарх Константинопольский Василий. Василий официально признал Синод Страгородского, правда, призвав примириться с обновленцами.
А само обновленчество ушло в пике. Как мы уже знаем, к концу 1925 года Живая церковь уже прекратила свое существование, а в начале 1927 года умирает епископ Антонин (Грановский).
Очевидно, что власть признала проект "обновленческая церковь" бесперспективным. Даже несмотря на опалу 1926 года и священники, и верующие массово перетекали из обновленческих церквей в церковь патриаршью. И если к концу 1923 года обновленцы контролируют почти 70% религиозных зданий страны, то уже к началу 1925 года у них остается меньше 15%. Статистика 1933 года говорит, что патриаршья церковь контролирует около 65% религиозных зданий страны, а обновленческая - только 11%.
По сути после 1925 года вся обновленческая церковь была представлена сторонниками Александра Введенского. Формально его СОДАЦ был расформирован, но за отсутствием других лидеров именно митрополит Александр контролировал всех обновленцев. Он еще пробовал что-то проводить, как-то бороться за влияние своих идей. Но в 1935 году власти официально расформировывают синод обновленцев, и что-то ломается в некогда ярком и харизматичном священнике. Его речи, когда-то страстные и остроумные, становятся монотонными и скучными.
Три точки в конце темы
Три события закончили тему "красного православия".
В 1941 году начнется самая страшная война. И в первый же день войны, 22 июня, местоблюститель Сергий напишет воззвание с такими словами:
...Но не первый раз приходится русскому народу выдерживать такие испытания. С Божией помощью, и на сей раз, он развеет в прах фашистскую вражескую силу. Наши предки не падали духом и при худшем положении потому, что помнили не о личных опасностях и выгодах, а о священном своем долге перед родиной и верой, и выходили победителями. Не посрамим же их славного имени и мы – православные, родные им и по плоти и по вере. Отечество защищается оружием и общим народным подвигом, общей готовностью послужить отечеству в тяжкий час испытания всем, чем каждый может. Тут есть дело рабочим, крестьянам, ученым, женщинам и мужчинам, юношам и старикам. Всякий может и должен внести в общий подвиг свою долю труда, заботы и искусства.
...
Путем самоотвержения шли неисчислимые тысячи наших православных воинов, полагавших жизнь свою за родину и веру во все времена нашествий врагов на нашу родину. Они умирали, не думая о славе, они думали только о том, что родине нужна жертва с их стороны, и смиренно жертвовали всем и самой жизнью своей.
Церковь Христова благословляет всех православных на защиту священных границ нашей родины.
Патриаршья церковь включается не только словом, но и делом. Например, 24 июня, на третий день войны, церковь Ленинграда обращается к городскому совету, предлагая передать церковную кассу (700 тыс. рублей) для создания лазарета для раненых.
Власть по достоиинству оценила инициативы церкви. Осенью 1943 года НКВД организовал встречу руководства патриаршьей церкви со Сталиным. И Сталин дал добро на избрание Патриарха. Более того, он даже поторопил собравшихся и пообещал помощь в организации собора.
Власть окончательно определилась с тем, кого будет поддерживать в церковном вопросе. Патриархом был избран тот, кто привел церковь к этому положению - Сергий (Страгородский).
Более того, была выпущена директива НКВД:
не препятствовать духовенству проводить в жизнь официальные решения Патриарха Сергия и Синода, касающиеся назначений и перемещении священников по епархиям, открытия богословских курсов, свечных заводов, распространения печатных изданий Патриарха и Синода.
Но, конечно, там же было...
обеспечить неослабное агентурное наблюдение за деятельностью епископов и остального духовенства православной церкви, пресекая возможные попытки с их стороны превышения предоставленных им прав или использования этих прав в антисоветских целях
Тем не менее, это было официальным признанием государства. И к концу войны Обновленческая церковь фактически теряет поддержку государства - а ведь только благодаря этой поддержке она существовала. Первая точка была поставлена.
Увы, уже в мае 1944 года о.Сергия не станет. Но церковь уже без проблем изберет нового Патриарха - Алексия, сподвижника Сергия, участника той встречи со Сталиным.
Введенский, правда, также в 1941 году объявляет себя Патриархом обновленческой церкви, но это решение было воспринято самими же обновленцами в штыки, и Введенский так и остался с титулом митрополита и первоиерарха.
Второй точкой станет смерть последнего из создателей обновленчества. Александр Введенский умер в 1946 году, в возрасте 56 лет. Последние 10 лет своей жизни он ведет себя очень странно, он апатичен, он словно устал от жизни. В июне 1945 года он даже попытался вернуться в патриаршью церковь - но ему было отказано в служении. Он мог вернуться только обычным мирянином, так как нарушал правила, предписанные для православного священника (в частности, он был трижды женат).
С момента смерти Александра Введенского обновленческая церковь исчезает как значимое явление. Однако она вроде бы еще существует - остается несколько священников, несколько храмов...
Последний иерарх обновленческой церкви, митрополит Кручицкий Филарет (Яценко), отпевавший митрополита Александра, продолжал службы до октября 1946 года. Потом его храм был передан патриаршьей церкви. Его прихожане были приняты в патриаршьей церкви, которая наконец положила конец этому странному расколу. Однако Филарет все пытался найти сторонников обновленчества - то среди давних знакомых, вернувшихся к патриарху, то среди старообрядцев. Эти попытки ни к чему не привели.
Смерть Филарета в 1951 году ставит третью и окончательную точку в этой истории.