Нашу победу сопровождал треск разлетающихся скреп

Нашу победу сопровождал треск разлетающихся скреп ок и воркование соседской кошки. Максим открыл окно и закричал: «Эй, мужики! Помните – если вы не одмаетесь, я применю силу!» Он был готов применить силу. Но они на него не реагировали. Тогда он начал врать. Сначала про Марь Ивановну. Потом по немцев. Потом сказал, что коммуняки собираются напасть на страну, а сам он – советсий ерой. И еще расазал про маленький заводик. Эта история особенно понравилась мальчишкам. За окном раздался взрыв хохота. Потом все сихло. Максим увидел, как несколько человек в форме, включая капитана, идут к школе. Максим закрыл окно. Он вдруг почувствовал страшную усталость. И слабость. Он хотел прилечь, но сразу же впомнил, что его комната а самом верхнем этаже, и нужно спуститься вниз. «Оставаться здесь нельзя, скоро начнется собрание, – подумал он. – Лучшесделать вид, что я все забыл. Тогда меня больше не тронут». Он подошел к окну. Внизу, прямо напротив окн, была высокая стрела старого крана. Максим обошел его, вылез на крышу и направился к огромному вентиляционному отверстию. Опуститься в него было невозможно, но можно было пройти по самому краю. Максим лег на живот и поез вниз. Неожиданно ему на голову что-то свалилось. Это была пружина люка. Она слегка подтолкнула Максима, и он упал вниз. Его ноги повисли в пустоте, и он на секунду замер. Потом ухватился руками за край люка и съехал на пол. Над его головой закачались ножки стола. Максим осторожно поднял глаза и увидел прислоненный к стене карабин, а на столе – толстую пачку ваты и большой шприц. Он осторожно поднялся и подошел к шкафу. Его дверцы были раскрыты, и из него на пол сыпались разноцветные тряпки, пластмассовые тарелки и одноразовые шприцы. Максим подобрал карабин, кинул его на стол, потом вытащил со шкафа какой-то зеленый ящик с ручкой и снял с него два микрофона. Один он положил в карман, а другой зажал под мышкой. Затем он подошел к столу и выломал из него ножку.