Всем нам знаком мрачный новостной сюжет: убийца-одиночка заходит в офисное здание, школьный класс, студенческий кампус… и без всякой видимой провокации достает оружие и открывает стрельбу, убивая, раня много невинных людей. А после того как утихнет шумиха, будут похоронены убитые, «заштопаны» врачами раненые и отплачутся родные жертв, задается вопрос: «Кто способен на подобные деяния и можно ли это предотвратить?»
Когда происходят вспышки насилия, они доминируют в новостях и занимают наши умы на месяцы. Массовые убийства в Виргинском политехническом институте, в средней школе «Колумбайн», начальной школе «Сэнди-Хук», в норвежском городе Осло – и это лишь немногие примеры.
Увы, эти ужасные массовые бойни случаются слишком часто. В одной только Америке – в среднем 18–20 случаев в год. Приходя к нам с почти регулярной частотой – более одного случая в месяц, – такие события заставляют нас столбенеть.
«Сколько людей погибло на этот раз?» – не веря, переспрашиваем мы. Равнодушные цифры: 8, 16, 26… От рук ксенофоба, правого экстремиста и нарцисса Брейвика пали 77 молодых людей в Норвегии 22 июля 2011 года. Однако какими бы ошеломляющими ни были эти вспышки насилия, они не представляют полного портрета тех, кто виктимизирует[2] большинство людей.
Печальная истина заключается в том, что на каждого массового палача-убийцу приходятся сотни других, которые убивают по одному ребенку, по одной девушке на свидании, по одной супруге «за раз», – и эти события, как правило, добираются в лучшем случае до шестой страницы газет. Грязные дела, которые творятся «ниже уровня радара», не попадая в национальные новости, – это преступления, мучения и страдания, которые чаще всего обрушиваются на многих из нас.
Опасные личности в нашей среде вредят нам дома за закрытыми дверями, в церкви, в школе, в офисе. Они тайно охотятся на нас, ничего не подозревающих или доверчивых. И по большей части никто об этом не знает, пока не становится слишком поздно. Новостные репортажи кричат о них только в тех редких случаях, когда их действительно ловят.
Они ответственны за большую часть почти 15 тыс. убийств, 4,8 млн случаев домашнего насилия, 2,2 млн краж со взломом, 354 тыс. ограблений и более 230 тыс. сексуальных нападений, которые совершаются ежегодно в Соединенных Штатах. И многие их них остаются незарегистрированными и безнаказанными.
А еще они, как Бернард Мейдофф[3], выманивают деньги у стариков и даже собственных друзей, занимаясь этим годами (в этом конкретном случае в таких масштабах, что пострадало экономическое благополучие тысяч жертв). Они могут спокойно жить десятилетиями, разрушая чужие жизни, как осужденный за сексуальное насилие над детьми Джерри Сандаски[4].
Вернитесь мысленно к тем моментам в своей собственной жизни, когда кто-то что-то украл у вас или воспользовался вами, причинив боль. Возможно, грабители вломились к вам в дом или вскрыли машину. Возможно, вы встречались с человеком, который оказался на поверку «токсичным», или подвергались травле в школе или на работе. Возможно, вы подверглись физическому нападению, ограблению или сексуальному насилию и ничего об этом не сказали, а если и сказали, это ни к чему не привело.
Вокруг нас происходит много такого, о чем никогда не узнают правоохранительные органы, и даже если становится все известно – виновные редко когда отправляются в тюрьму. Криминалисты утверждают, что менее 1 % преступников получают наказания за свои преступления.
Что это означает для нас? Что большинство опасных личностей, способных навредить нам, избегут официального расследования. Они будут сеять хаос в нашей жизни, оставаясь непойманными, и продолжать творить свои злодеяния годами, прежде чем их остановят. И дело не только в физическом ущербе. Не все раны бывают физическими. Большинство тех, кто причиняет нам вред, наносят травмы эмоциональные, психологические или финансовые. Они тоже являются опасными личностями, потому что на свой собственный лад подвергают нас риску.