Гезлев (в русских источниках — Козлов) — древнее название Евпатории. Западнее Евпатории раскинулось густосолёное Мойнакское озеро, славящееся своими лечебными грязями. Другое целебное озеро расположено у города Саки. На дне этих озёр залегает слой грязи. О целебных свойствах маслянистой, иссиня-чёрной грязи известно уже давно, еще Плиний и Птоломей упоминали о земле в западной Таврии, «исцеляющей всякие раны». В 1827 году евпаторийский уездный врач Оже вместе с другими медиками взял грязелечение под медицинский контроль и основал сакский курорт. Евпатория — более молодой курорт. Первая крохотная грязелечебница была построена у Мойнакского озера в 80-е годы XIX века.
Гей вы, кони сильные, кони казачьи! Летите быстрее стрел татарских острых, ветер обгоняйте! Несите невольников израненных к садам вишнёвым, родным зорям и водам днепровским… Гей, на волю! На Украину родную!… Мчат по степи крымской, палящим солнцем выжженной, казаки. А тревожные думы назад летят. Там, над Гезлевом, ещё пожар гудит, остыть не успели мёртвые побратимы. Много их полегло сегодня в городе печали, городе рабства. Но ещё больше вырвалось на волю. Вот они рядом, на конях. Слабые, изголодавшиеся, как былинки на ветру, шатаются. Не верят ещё своему счастью. Скачут кони… Скачут… А долго ли выдержат бешеную гонку? Удастся ли от погони татарской скрыться? Скоро, ох скоро притомятся казачьи кони! А орда не дремлет… — Сто-ой! — разнёсся над степью голос атамана. Сгрудились казаки. Спрыгнул атаман с коня, к земле ухом припал. Слышит он, как гудит-стонет земля от дальнего топота конского… И молвит атаман: — Всем нам нету отсюда дороги, братья казаки. Отдайте лучших коней людям, нами спасённым. Пусть с проводниками мимо озёр соляных на Украину скачут. А мы тут останемся. Дорогу басурманам закроем. То не чёрная туча по небу плывет, то ханское войско по степи скачет. У каждого всадника в поводу по три-четыре коня. Чтобы страху больше на врага навести, чтобы боялись все — то орда татарская летит! И кони свежие всегда под рукой — хоть от рассвета до рассвета скачи! Как соколы камнем падают на добычу, так казаки из засады рванулись, острым ножом в войско басурманов врезались. Засвистели сабли, запели смертельные песни стрелы татарские. Брызнула горячая кровь на землю. За муки народные, за горе, что, как тяжёлая гора, висело над украинскими хатами, нещадно рубились казаки. И дрогнули враги. Но не знали храбрые воины, что на помощь татарам новый отряд спешил. Прижала орда запорожцев к соляным озёрам. Здесь последний бой был. В топкой прибрежной грязи увязали кони, сбивались в кучу. Негде развернуться казакам, показать врагу свое уменье бранное. Позади — озёрная глубь… Солнце покатилось к закату. Плакала вечерняя заря, кровавым светом заливая степь и озера. Белый туман опускался на землю, пряча от глаз страшную картину. Лежат казаки на берегу соляного озера, руки белые в смертном сне разметав. Жупаны изодраны, саблями иссечены, лица в крови. Не матери старые заплачут над ними горючими слезами — степные вороны закаркают. Не родные руки глаза им закроют — вороны выклюют. И на рассвете, когда солнце бросило на землю первый тонкий луч, слетелись вороны. Закричали, крыльями замахали в радости — большая добыча досталась. Опустились стаей на поле битвы… Да не удалось попировать вестникам смерти! Стали вдруг оживать казаки. Тот рукой шевельнет, этот голову подымет, третий товарищу жалуется: «Ох и долго я спал, будто убитый…» Удивляются воины: что же с ними случилось? Ведь и этот побратим был зарублен — сами видели! — и тот как подкошенный с коня упал… Стали они присматриваться, вокруг всё примечать. И увидели, что там, где раны к чёрному береговому илу прикасались, — их как не было! Все затянулись, зарубцевались. И поняли тогда казаки, что родная земля для своих детей — всегда мать. Никогда она их в горе-беде не оставит, не даст пропасть, на помощь придет! Зашли воины в озеро, солёной водою умылись и в шапки, в бурдюки чудесной земли набрали. Потом коней уцелевших разыскали, седла подтянули и в степи родные поскакали — понесли на Украину суровую весть о битве с ордой татарской и о целебной крымской земле.