Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Tatiana Savostina

1793, История одного убийства, Никлас Натт-о-Даг

Лучший дебют четырех летней давности, книга, к которой я почти 4 года подбиралась, и просто отличный детектив. Но с большими оговорками. Действие происходит в Швеции конца 18-го века (в жизни не догадаетесь, в каком году). В Стокгольме произошло убийство, потрясающее своей жестокостью. За расследование берутся два совершенно непохожих друг на друга героя, болезненный молодой юрист и выпивоха-пальт. Главное достоинство 1793 - потрясающий и жестокий портрет Стокгольма. Он физически ощущается, почти как Петербург Достоевского. Недавно в интервью Александра Пелевина прозвучала вполне очевидная мысль, что литература становится очень кинематографичной: читателю надо буквально видеть описываемый предмет. Это как раз случай “1793” - ты кожей проживаешь все. Поэтому возможно, многие пролистают описания непосредственно преступления. От них просто-напросто становится дурно. Возможно, это в каком-то смысле неоправданная жестокость. Тем не менее, роман читается легко. Повествование медленно, но ве

Лучший дебют четырех летней давности, книга, к которой я почти 4 года подбиралась, и просто отличный детектив. Но с большими оговорками.

Действие происходит в Швеции конца 18-го века (в жизни не догадаетесь, в каком году). В Стокгольме произошло убийство, потрясающее своей жестокостью. За расследование берутся два совершенно непохожих друг на друга героя, болезненный молодой юрист и выпивоха-пальт.

Главное достоинство 1793 - потрясающий и жестокий портрет Стокгольма. Он физически ощущается, почти как Петербург Достоевского. Недавно в интервью Александра Пелевина прозвучала вполне очевидная мысль, что литература становится очень кинематографичной: читателю надо буквально видеть описываемый предмет. Это как раз случай “1793” - ты кожей проживаешь все.

Поэтому возможно, многие пролистают описания непосредственно преступления. От них просто-напросто становится дурно. Возможно, это в каком-то смысле неоправданная жестокость.

Тем не менее, роман читается легко. Повествование медленно, но верно набирает темп. Последние главы буквально летят в ритме вальса. А когда переворачиваешь последнюю страницу остаются хоть и довольно тяжелые эмоции, все равно сдобренные надеждой.

Я бы рекомендовала всем не слишком слабонервным и не слишком брезгливым.