Простите, сэр

А потом, как все великие артисты, все четыре Мела надулись от самодовольства и улетели, словно воздушные шарики. (Заставить зрителей в нетерпении ждать продолжения – всегда хорошо.) К сожалению, они исчезли настолько внезапно, что не успели ответить на один простой вопрос.

– Какой шатёр? – спросила Чаша.

Шатры стояли повсюду вокруг. Посмотрев вдоль прохода, Чашек увидел целые ряды совершенно одинаковых шатров, похожих на тот, что ставили сегодня утром. И Кружек мог быть в любом из них. Или вообще ни в одном. Мелы могли бы выразиться и яснее.

Впрочем, теперь они могли хотя бы с чего-то начать. И начать решили с самого ближайшего шатра. Рядом с ним на перевёрнутом деревянном ящике стояла зебра в соломенной шляпе и с тростью.

– Скорее, скорее, подходите, – тараторила зебра. – Заходите и познакомьтесь с самым потрясающим, ошеломляющим номером из всех, что когда-либо привозили на эти берега. Посмотрите на величайшую актрису нашей эпохи, которая прямо вживую, на сцене, исполняет сверхъестественные свершения словесности, которые ослепят и обрадуют вас. Вход на это роскошное развлекательное ревю – прямо через эти золотые ворота. Не толкайтесь, дорогие, в задних рядах всегда найдётся место. Скорее, скорее, не робейте.

– Простите, сэр, – сказал Чашек. – Вы не видели, как сюда заходили кружка и русалка?

Зебра наклонилась к ним.

– Я тут вижу немало кружек и немало русалок, парень, – сказал он. – Может быть, заходили, а может быть, и нет. Давайте вы сами зайдёте и посмотрите, а?

Зебра постучала тростью по табличке с надписью 25 центов и протянула руку. Чашек и Чаша пожали плечами и отдали по четвертаку.

И вот они уже идут в шатёр – смотреть на выступление Салли Спектакль, самой знаменитой актрисы из всех, о которых они не слышали.

Первое, что они заметили – в шатре было полно народу. Второе – что там очень темно.

– Мы никогда не найдём его в этом склепе. Я даже свою руку не вижу, хотя держу её прямо перед лицом, – сказала Чаша.

Да, так оно и было. Подняв руку, она увидела лишь кромку длинного чёрного рукава. Чашек посмотрел на неё, закатил глаза и сдавил рукав, словно тюбик с зубной пастой. Из него выскочила белая перчатка.

– О, вот она. – Чаша улыбнулась.

Чашек разозлился. У них не было времени на эти глупости. Тем не менее Чаша была права – в шатре темнее, чем в подвале сурчиной норы. Они не увидели бы Кружека, даже если бы он стоял рядом с ними. Да, в самом деле не увидели бы.