– Она выполняет желание, я правду говорю.
Три девочки разглядывали небольшое зеркальце, добытое нелегким трудом. Одна из них небрежно набросала карандашом лестницу на зеркале.
Она выглядела немного зловеще. Словно настоящая лестница в никуда.
– Лерка, хватит врать, – одна из девочек с серьезным видом поправила модные очки и отвернулась. – Пиковая дама всего лишь народный фольклор. Пушкина читали?
– Тройка, семерка и туз... ага, проходили мы такое в школе, – Согласилась Лерка, показав Оксане язык, и вернулась к зеркалу, продолжая его разглядывать. На миг ей показалось, что лестница как-то странно мерцает, то пропадая, то появляясь. Мерещится, разумеется. Но все равно становится не по себе.
– Да мы только попробуем, – третья девочка прижала к себе книгу, и напряженно посмотрела в зеркало, – Говорят, что она выполняет желание. Я тоже это слышала. Но еще, главное, успеть эту лестницу стереть.
Оксана отвернулась, махнув рукой. Дескать, делайте, что хотите, она тут ничем помочь не может. Лерка негромко рассмеялась, но осеклась, услышав шаги. Она почти спрятала зеркало под матрас, но шаги прошли мимо. Наверное, дежурная медсестра.
Вытащив зеркальце, Лерка тихо прошептала.
– Пиковая дама, я призываю тебя, появись. Пиковая дама…
Ничего не случилось.
– Ну, так неинтересно! – Лерка дернула себя за одну косичку, потом за другую. Потом засунула зеркальце под матрас и повернулась на бок – Что-то же должно было произойти?
Оксана не ответила. Она прислушивалась. Шаги за дверью не умолкали. Кто-то тихо стучал каблучками по полу.
Цок-цок… цок-цок…
Дежурная медсестра была в обычных туфлях без каблуков, это Оксана точно знала. Она всегда обращала внимание на чужую обувь.
За дверью все так же ходили. Потом шаги замерли, и в дверь постучались. Размеренно, равнодушно даже.
Девочки замерли, притворившись, что они спят.
В дверь постучали снова. Что-то тихо лязгнуло, послышался стук каблучков.
Лерка приподнялась на кровати, тоже начав вслушиваться. Ей почему-то стало не по себе, а Валя, третья девочка, зябко поежилась. Это не были нормальные шаги. Люди так не ходят.
– А я слышала, – голос Вали дрогнул, и она прокашлялась, прогоняя застрявший в горле комок. – Я слышала, что Пиковая дама не уйдет, пока не получит свою жертву.
– С ума сошла? Пиковой дамы не существует, – Оксана тоже говорила тихо, но она боялась встревожить медсестру. Или ту, которая там, снаружи.
– Существует. Моя подруга ее вызывала, у них там потом в доме человека убило.
Оксана заткнула уши. Она не желала ничего слышать. Лерке тоже было не по себе. Она кое-что вспомнила: Пиковая дама убьет всех, только потом уйдет. А значит… она и до них доберется.
В дверь снова постучались.
Лерка прижала ладонь ко рту, Валя обнялась с одеялом, не отводя взгляда от двери. Даже Оксане стало не по себе. Там был кто-то, кто ничего хорошего не хотел.
В дверь словно потянулись тени, густые, более черные, чем окружающая их темнота. Затихли звуки, Лерка даже не слышала, как шумно дышит Валя, как шмыгает носом Оксана. И своего сердца она тоже не слышала, хотя оно стучало, как бешеное.
Ручка двери медленно повернулась.
Лерка чуть не взвизгнула, остальные сидели молча, им было тяжело двигаться.
Дверь начала открываться.
– Лерка, да сделай что-нибудь! – первой не выдержала Оксана.
– Я… ой, лестница!
Лерка потянулась за зеркальцем, но ее руки дрожали, и зеркальце выскользнуло, упав под кровать.
Дверь открылась, впуская в себя черноту. На пороге стояла высокая женщина в темном платье. Она медленно вошла. На платье что-то выделялось, более светлое и яркое.
Женщина ничего не говорила, она медленно подходила, цокая каблучками по полу.
Лерка нырнула рукой под кровать, пытаясь ухватить зеркало, и молясь про себя, чтобы оно не разбилось. Только не сейчас…
Семь лет несчастий? Да у них и пяти минут не будет, если она не найдет….
Женщина остановилась, Лерке даже показалось, что она улыбается. Но тут пальцы нащупали зеркальце. Целое. Теперь стирать лестницу…
Утром медсестра с заплаканным лицом сказала, что у них будет другой заведующий отделением…