"Возможно, это трудно выразить словами... но люди говорят, что у меня хороший
голос... Я пою несколько французских частушек... они в новинку в Англии, я
думать.... Если бы я мог петь их в модных салонах... Я мог бы
возможно..."
"Нет! вы будете петь в модных салонах, - воскликнула Маргарита
нетерпеливо: "ты войдешь в моду, и я поклянусь принцем
Сам Уэльс попросит тебя спеть в Карлтон-хаусе... и ты назовешь
ваш собственный гонорар, мадемуазель... и лондонское общество будет соперничать с
элита Бани, относительно которой вас заманят в ее самые посещаемые
маршруты.... Вот так! вот так! вы сделаете состояние для парижской бедноты...
и чтобы доказать вам, что я имею в виду каждое сказанное мной слово, вы начнете свой
триумфальная карьера в моем собственном салоне завтра вечером. Его Королевское Высочество
будет присутствовать. Вы будете петь свои самые захватывающие песни... и для
ваш гонорар вы должны принять сто гиней, которые вы пошлете на
клуб беднейших рабочих в Париже от имени сэра Перси и леди
Блейкни."
"Я благодарю вашу светлость, но..."
"Ты не откажешься?"
"Я с радостью приму... Но... ты поймешь... Я не очень стар,"
странно сказал Кандейль: "Я... Я всего лишь актриса... но если молодой
актриса беззащитна... Тогда..."
- Я понимаю, - мягко ответила Маргарита, - что вы слишком хорошенькая
часто бывать в мире в полном одиночестве, и что у тебя есть мать, сестра
или друг... который?... которого вы хотели бы сопровождать завтра. Является
это все?"
"Нет, - возразила актриса с заметной горечью, - у меня нет ни того, ни другого
мать, ни сестра, но наше Революционное правительство, с опозданием
сострадание к тем, кого она так безжалостно изгнала из Франции,
поручил их представителю в Англии присматривать за
интересы французских подданных здесь!"
"да?"
"В Париже поняли, что моя жизнь здесь была посвящена
благосостояние бедного народа Франции. Представитель, которого
правительство направило в Англию специально заинтересованное во мне и в
моя работа. Он всегда рядом со мной в случае неприятностей... в случае
инсульты... Одинокая женщина часто подвержена тем, даже от рук
так называемые джентльмены... и официальным представителем моей собственной страны
становится в таких случаях моим самым естественным защитником".