Давно я мечтала увидеть спектакли Юрия Бутусова на питерской сцене. Хотелось начать с постановки Гоголя, но выбирать приходится из того, что выпадает в дни поездок. Поэтому - «Дядя Ваня» Чехова в Театре Ленсовета, где Бутусов был главным режиссёром до перехода в Вахтангова.
Бело-черное пространство сцены с декорациями из бумаги и множеством дверей стало имением Серебрякова. Бутусов по-своему с присущей ему мрачной драматичностью переосмыслил чеховскую тоску, и она стала страшной безвыходной депрессией, разрушительной безответной любовью. Одиночество каждого героя здесь возведено в абсолют. Они существуют как разные планеты в одной галактике и никогда не пересекаются - всегда рядом и всегда порознь. В этом «Дяде Ване» нет лирики, только оголенные чувства героев.
В спектакле угадываются все знакомые детали почерка режиссера - бело-черное оформление, вкрапления красного и желтого цветов, громкая резкая музыка, безумные танцы, внезапно захватывающие героев, капающая вода.
И конечно в конце декорации разберут - если в московских постановках сцена обычно пустеет до состояния черной дыры, то в «Дяде Ване» Соня разносит «бумажный дом» в клочья, сваливая двери и обрывки бумаги в кучу.
Если каким-то произведениям бутусовская стилистика подходит отлично, то, мне кажется, с Чеховым не все так просто. Одиночество и невзаимная любовь его героев печальны, но не до такой мрачности. Их жалко, но до шекспировских страстей им далеко. Поэтому такой «Дядя Ваня» мне не понравился. Я для себя ничего нового не увидела, некоторые моменты сценографии мне напомнили «Сына» в РАМТе.
Моей любимой остаётся постановка «Дяди Вани» в Театре Наций. Там задета та струна, которая передает атмосферу пьесы с ее медленным угасанием. Здесь же много экспрессии, хотя наверно так выглядят чувства, съедающие героев изнутри, и боль, которую каждый выплескивает.
И все же мне было скучно, первое действие я спала, иногда вздрагивая от стуков, криков и музыки. Второе- динамичней, но конец затянут. Сложенную в кучу бумагу декораций так и хотелось поджечь, чтобы в пламени сгорело имение и бесконечное одиночество его обитателей.
Также заметки из Петербурга:
Балет «Ромео и Джульетта» в Михайловском театре
Балет «Золушка» в Михайловском театре
«Губернатор» в БДТ