Лэрри поднял руку и спросил: – Она была глухая?– Глухая? – с удивлением повторила Ребекка. – Нет, конечно.

– Ясно, – сказал Лэрри. – Значит, она просто безответная. Ребекка пришла в замешательство. – Да, конечно, потому что она всего лишь восковая фигура. Продолжим? Затем Ребекка повела экскурсантов на африканские равнины. Показала на Декстера и пояснила: – Перед нами мартышка капуцин, чрезвычайно умный примат, отличающийся приветливым и добрым характером. Лэрри вспомнил о ночных проказах Декстера. Нос, укушенный обезьянкой, все еще болел. Приветливый и добрый, как же! Лэрри не удержался от возгласа: – Это он-то? – Простите? – удивленно приподняла брови Ребекка. – Извиняюсь, – сказал Лэрри. – Не обращайте внимания. Когда Ребекка и дети пошли дальше, Лэрри на миг задержался возле Декстера и шепнул ему: – Ты у меня попляшешь! К несчастью, Ребекка увидела это. Она не понимала, почему Лэрри так себя ведет, но предпочла не обращать внимания. В конце концов, ей надо вести экскурсию. Они пошли дальше, к гигантской голове с острова Пасхи. – Эта статуя происходит с острова Пасхи в южной части Тихого океана, – сказала Ребекка. – Один вопрос, – сказал Лэрри. – Эти болваны жевали резинку? Ребята рассмеялись. Ребекка была сыта по горло. С какой стати этот наглец мешает ей вести экскурсию? Ходит по пятам, задает дурацкие вопросы. – Жевательная резинка была изобретена на сотни лет позднее, однако обитатели острова Пасхи приносили статуям цветы и прочие ритуальные дары. Лэрри кивнул и сказал: – Вас понял. Ребекка отвела его в сторону. – Может быть, вам это и кажется забавным, – произнесла она, – но я не люблю, когда меня и мою работу выставляют на посмешище. – Я над вами не смеюсь, – сказал Лэрри. – Мне и правда хочется знать. – Что? Жует ли резинку голова с острова Пасхи? Лэрри пожал плечами. – Меня неверно информировали. – Зачем вы вообще увязались на эту экскурсию? – спросила Ребекка. – Мне предстоит каждую ночь оставаться одному здесь, в музее. Я бы хотел побольше узнать о том, что я охраняю, – пояснил Лэрри. И это было правдой. Ну, пусть и не всей правдой, но об этом Лэрри не собирался сообщать Ребекке. Она ему все равно не поверит. – В самом деле? – спросила Ребекка. – Да, и у меня целая куча вопросов. Можно угостить вас чашечкой кофе? – спросил он. – Чисто информационная встреча – один музейный работник с другим. Ребекка посмотрела на часы. – Подождите меня у входа, встречаемся через двадцать минут, – сказала она И вернулась к экскурсии. Закончив, она обнаружила Лэрри на музейном крыльце. Он сидел и ждал ее. Они взяли кофе и пошли прогуляться в Центральный парк, располагавшийся рядом, через дорогу. – Вы действительно не думаете, что у Сэкаджавиа было плохо со слухом? – спросил Лэрри. – Я четыре года пишу диссертацию о ней, – сказала Ребекка. – Я не могла бы не узнать об этом.