Грохоча усеянными коваными триконями подошвами горных ботинок по паркету

Грохоча усеянными коваными триконями подошвами горных ботинок по паркету, Илья Евдокимович, не сменив пропотевшего камуфляжа, прошел к Полковнику. Молодцевато кинув руку к козырьку Колосов начал:

– Согласно вашему приказу...

В кабинете Полковника, несмотря на дневное время, как всегда царил полумрак. Хозяин сидел в глубоком кресле вполоборота к вошедшему и, задумчиво улыбаясь, грыз кончик карандаша. Мерцавший перед ним монитор компьютера бросал голубой отсвет на лицо, казавшееся от этого застывшей маской мертвеца. Небрежным жестом оборвав доклад Колосова о результатах поиска, и без того хорошо ему известных, он велел тому садиться.

Илья Евдокимович осторожно, стараясь не зацепить дорогую обивку свисавшими с пояса всевозможными крючьями и прочими деталями своего альпинистского снаряжения, присел на краешек кресла, весь обратившись во внимание.

– Знаете, майор. – Полковник впервые за все время знакомства назвал Колосова по званию, что не предвещало ничего хорошего. – Я тут прокрутил коекакие программки, внес туда коекакие данные... ну это вам неинтересно будет... – Он выдержал продолжительную паузу, небрежно постукивая пальцем по клавиатуре, затем продолжил: – И знаете, что в результате мне удалось выяснить, милейший Илья Евдокимович?

– Не могу знать! – вскочил Колосов.

Один из болтающихся на поясе крюков все же сумел зацепиться, и кожа сиденья предательски треснула, однако Полковник, казалось, не обратил на это обстоятельство никакого внимания.

– Что вы скачете, как новобранец, майор? – поморщился он. – Вы же опытный боевой офицер. Проявите немного выдержки.

Илья Евдокимович почувствовал, как у него на голове под каскеткой зашевелились слипшиеся от пота остатки волос.

– Итак, – вернулся Полковник к теме. – Пока вы там ползали по горным кручам, я чисто теоретически выяснил, что неподалеку от предполагаемого места выхода Бежецкого к реке находится небольшой локал, на который мы раньше както не обращали внимания. Локал слабенький, вероятно с прерывистым циклом, причем односторонний, но ведет он с вероятностью в девяносто восемь с сотыми процентов именно

туда, куда и нужно нашему беглецу, – на его родину. Поэтому у меня к вам, майор, есть несколько вопросов. Первый: чем именно занимаются ваши, Илья Евдокимович, высокопрофессиональные подчиненные, бездарно проморгавшие прямо у себя под боком никем не учтенный локал, который, приложив совсем незначительное усилие, легко смог определить даже я – дилетант в транзилогии, не скрывающий этого ни от кого? Второй: каким образом ротмистр Бежецкий, в мире которого теория параллельных пространств целиком и полностью является прерогативой не очень научной фантастики, смог самостоятельно данный локал не только найти, но и успешно им воспользоваться? Отсюда вытекает вывод: не слишком ли длинны языки у ваших подчиненных и не пора ли коекому их слегка укоротить? Но это не третий вопрос, а так, размышления вслух... Третий вот этот: почему, имея все для этого возможности, вы не изъяли у ротмистра некий прибор, благодаря которому он смог найти и извлечь из одежды радиопередатчики и который, возможно, обладает некими, даже неизвестными нам свойствами. В описи обнаруженных у Бежецкого при обыске вещей я такого прибора не нашел, зато видел запись, посвященную неким наручным часам “ориент” с массивным браслетом. Разве вам, господин майор, неизвестно об успехах микроэлектроники (которыми мы также пользуемся) интересующего нас мира? Нет, вы предположили, что столь важный специалист имеет при себе только обычный мобильный телефон или, как его там называют, напоминальник, и не изъяли его, заронив при этом у “объекта” ненужные подозрения. Вам достаточно, Илья Евдокимович, или продолжать?

Повисла пауза. В мозгу Колосова проносились сотни сценариев своего незавидного близкого будущего, самым оптимистическим из которых было возвращение на старое, очень “веселое” место службы. Сразу противно заныл памятный шрам на левом боку, полученный от пули башкирского моджахеда, не напоминавший о себе уже больше года...

– И, наконец, четвертый вопрос, господин Колосов: что именно вы намерены предпринять для нейтрализации нашего столь проворного и подкованного беглеца?