В особенности племенной знати; археологические находки в Палестине этого времени, особенно же богатые погребения, показывают рост накопления и имущественного неравенства. К XV—XIV вв., о которых мы располагаем обильными письменными данными из амарнского архива фараонов, перед нами предстаёт уже раннее классовое общество.
[Картинка: img_283.png]
Пленные перед палестинским царьком. Резьба по слоновой кости. Мегиддо. Вторая половина II тысячелетия до н. э.
Изгнание гиксосов из Египта и последующее завоевание египтянами Палестины, начавшееся ещё с первой половины XVI в. до н. э. (при Яхмесе I, занявшем южнопалестинскую крепость Шарухен), привело к разорению страны, засвидетельствованному археологическими данными. Палестина не была включена в состав Египетского государства Новогоцарства как его органическая часть. Египтяне грабили Палестину, превращая её в источник добычи, особенно рабов; в различных крепостях Палестины (среди которых уже тогда выделялся Иерусалим, а также Мегиддо в Есдраелонской долине и другие) продолжали сидеть собственные царьки, представители местной родовой знати, от которой они полностью зависели. Государственное и общественное устройство этих маленьких царств было, вероятно, аналогично устройству государств Финикии, с той лишь разницей, что здесь большее значение имело земледелие и гораздо меньшее — ремесло и торговля; в отношении материальной культуры Палестина значительно отставала теперь от Финикии. Египет выкачивал из этих царств тяжёлую дань, и население Палестины крайне тяготилось египетским владычеством; только постоянные военные походы и содержание военных гарнизонов, подчинённых египетским наместникам, позволяло Египту поддерживать здесь свою власть.
[Картинка: img_284.jpeg]
Правовой документ из Гезера, написанный клинописью. Вторая половина II тысячелетия до н. э.
Наряду с постоянным, оседлым ханаанейско-хурритским населением, в среде которого уже существовали классовые отношения (и к которому в период хеттско-египетских войн, возможно, прибавилось и хеттское население из поселенцев, происходивших с территории Хеттского царства), в Палестине, как и в Сирии, имелось и население другогорода, связанное с кочевыми племенами пустыни. Часть его, видимо, наряду со скотоводством занималась и земледелием, постепенно оседая на землю, но во всяком случае сохраняя первобытно-общинные порядки. Эти люди, которых письменные источники называют хапиру ('апиру), или, по-шумерски, са-газ (что значит «подрезатели жил», «головорезы»), появлялись иногда мирно, как наёмники на сельскохозяйственных работах, иногда же воинственно, стремясь захватить землю и крепости оседлого населения. Они представляли серьёзную опасность для владычества египтян и местной ханаанейско-хурритской знати — в особенности потому, что трудящееся население ханаанейских городов иной раз искало союза с хапиру в борьбе против своих и чужеземных угнетателей. Особенно значительным центром оседания хапиру были, по-видимому, южные и восточные районы Ливанских гор.
Весьма вероятно, что в числе хапиру, происходивших из западносемитических по языку племён, обитавших на широком пространстве Сирийской степи от Палестины до Евфрата и Месопотамской равнины (и известных в вавилонских источниках под названием суту, или амореев), были и предки будущих евреев, ставших основным населением Палестины в I тысячелетии до н. э.
[Картинка: img_285.png]
Переселение «народов моря». С египетского рельефа XIII в. до н. э.
Сильнейший удар владычеству Египта в Азии был нанесён нашествием «народов моря» — племён побережья и островов Малой Азии и Эгейского моря, пришедших в движение во второй половине XIII в. до н. э. Опустошив южные области Хеттской державы, эти племена прошли огнём и мечом вдоль восточного побережья Средиземного моря. В конце XIII в.до н. э. гегемония в Палестине переходит в руки нового, еврейского племенного союза, носившего название Израиль. Израиль упоминается впервые в одной из египетских надписей (около 1230 г. до н. э.), где он назван при перечислении стран, которые пострадали от вторжения «народов моря». Но в противоположность другим названиям Израиль определяется в надписи не как страна, а как народ или племя. Можно поэтому предположить, что израильтяне ещё кочевали и не осели в какой-нибудь определённой области.В таком случае Израиль должен был появиться в пределах Палестины уже несколько ранее, но, по-видимому, незадолго до 1230 г. до н. э. Об этом говорит и отсутствие в позднейших преданиях, собранных в Библии, указаний на господство египтян в Палестине и на их войны там. Если бы израильтяне появились в Палестине уже во время амарнской переписки, как предполагают некоторые исследователи, то, несомненно, в Библии сохранились бы какие-нибудь отголоски пребывания египтян в Палестине и борьбы Израиля с ними.
Культура и религия древнейшей Палестины
Культура первоначального населения Палестины — ханаанеев стояла много ниже культуры соседних египтян. Находясь вплоть до II тысячелетия до н. э. в условиях первобытного общества, жители Палестины не могли создать искусства, которое шло бы в сравнение с искусством Египта; естественно поэтому, что художественное творчество ханаанеев, хотя и обладало рядом оригинальных черт, испытывало сильнейшее влияние Египта: египетские изделия часто просто имитировались. Сородичи палестинских ханаанеев в Сирии, издавна находившиеся в контакте с Двуречьем, передавали в Палестину влияние шумеро-аккадской культуры.
Письменность появляется в Палестине со второй половины II тысячелетия до н. э. По большей части ханаанеи пользовались аккадским языком и клинописью или же египетским языком и иероглификой; однако им были известны и системы письменности Финикии, приспособленные к ханаанейскому языку. На территории Палестины было распространено и так называемое синайское письмо, как уже указывалось, возможно — прототип финикийского алфавита. Нам известны деловые документы из Ханаана; вполне вероятно поэтому, что существовала и письменная литература, которая до нас, однако, не дошла.
Каждая община, город и племя ханаанеев имели обычно собственного богапокровителя, обозначавшегося чаще всего именем Ваал («хозяин, господин»); с культом местного Ваала связывались культы и других божеств, считавшихся его жёнами, детьми и т. д. Большое распространение имели культы богинь плодородия — 'Анат, 'Аштарт и т. п., бога дождя и грома — Хадада и многих других. Божествам строились храмы, но поклонением пользовались также деревья, культовые деревянные и каменные столбы (ашеры, массебы). С культом божеств плодородия была связана обрядовая проституция. Широко распространены были человеческие жертвоприношения. Например, при сооружении какого-либо важного здания или крепости в основание закладывалась человеческая жертва (обыкновенно — ребёнок). В момент военной опасности или стихийного бедствия считалось необходимым приносить в жертву собственных первенцев.
3.Сирия
Страна и население
Большую часть Сирии занимает полупустынная степь, окаймлённая на западе, севере и северо-востоке узкими полосами плодородной земли, на которых и была возможна оседлая жизнь древних земледельческих племён. На западе расположена плодородная долина реки Оронта (ныне — Аси), текущей с юга на север между горными хребтами Ливана иАнтиливана, затем поворачивающей на запад и впадающей в Средиземное море севернее Финикии. К Сирии относится также оазис Дамаска, лежащий на границе степи за южным Антиливаном. На севере Сирия граничит с горными хребтами Амана и Тавра, отделяющими её от Малой Азии. От Месопотамии Сирия отделена излучиной Евфрата. В глубине Сирийской степи имеется оазис Тадмор, или Пальмира; однако в III—II тысячелетиях до н. э., пока верблюд не стал главным транспортным средством и сообщение между Сирией и Палестиной, с одной стороны, и Месопотамией — с другой, ввиду редкости колодцев на пути не могло ещё осуществляться напрямик через степь, этот оазис не имел значения.
Осевшие в Халпе (Алеппо), Катне, Алалахе и других местностях северной и западной части Сирии земледельческие племена, так же как и степные скотоводческие племена, уже издавна были связаны с Двуречьем в экономическом и культурном отношениях.
Через Сирию проходят основные пути, соединяющие Месопотамию, Малую Азию, Аравию и Египет. Здесь рано возникли торговые города, и Сирия, в которой не было трудно преодолимых естественных рубежей, постоянно являлась объектом захватнических устремлений своих мощных соседей: Митанни, Хеттской державы, Египта, Вавилонии. Сирия являлась основной территорией, на которой эти державы вели между собой войны. Все эти обстоятельства, а также географическая разобщённость отдельных частей Сирии (в частности, отсутствие единого речного бассейна) препятствовали образованию здесь самостоятельных государств крупного масштаба.
Уже в очень древние времена в Сирию пришли племена, говорившие на языках семитической группы. Они смешивались с населением, говорившим на языках несемитического происхождения, в частности с хурритами. Ещё во второй половине III тысячелетия в Северную Сирию совершали походы цари Двуречья. Надо полагать, что это оказало влияние на темп развития здесь классовых отношений, однако в конце III тысячелетия классовое общество можно считать сложившимся лишь в отдельных частях Сирии.
Жизнь в ряде областей Сирии в самом начале II тысячелетия ярко рисует нам египетская «Повесть о Синухете» — сановнике, бежавшем сюда из Египта. Население, жившее частью в укреплённых поселениях, частью в шатрах и занимавшееся земледелием, садоводством и особенно скотоводством, делилось на роды и племена; власть принадлежала родо-племенным вождям, которые владели крупными стадами и земельными наделами. В семье господствовали патриархальные отношения; уже возникло рабство. В некоторых областях Сирии этот процесс развития рабовладельческих отношений зашёл, по-видимому, гораздо дальше.
Во второй половине XVIII в. до н. э. создался обширный, этнически неоднородный гиксосский племенной союз, подчинивший себе Сирию, Палестину и Финикию, а на рубеже XVIII и XVII вв. захвативший и большую часть Египта. Не вполне ясно, каково было соотношение гиксосского племенного союза с государством Ямхад с центром в городе Халпе, которое господствовало в XIX—XVIII вв. до н. э. в Северной Сирии. Гиксосский племенной союз просуществовал недолго и вскоре распался вследствие военных поражений, понесённых им от Египта на юге, от хеттов — на севере.
После этого некоторое время гегемонию в Сирии осуществляло Митанни. Это не мешало существованию здесь хотя более или менее зависимых, но внутренне самобытных государств, как Алалах (Мукиш) на северной излучине Оронта, Халпа к востоку от него, Катна в долине Среднего Оронта, Кинза (Кадеш) на Верхнем Оронте и др.
До нас дошли довольно многочисленные письменные источники из некоторых центров Сирии начала и середины II тысячелетия до н. э., в том числе хозяйственные и правовыедокументы. (Жители Сирии пользовались главным образом аккадской клинописью.) К сожалению, эти документы пока ещё не изучены должным образом историками, однако уже ясно, что здесь к этому времени сложилось рабовладельческое общество. Например, в Алалахе существовали уже ростовщичество и долговое рабство, причём в качестве ростовщика выступал сам царёк. В некоторых случаях должник обязан был служить в доме царька, пока жена должника не отработает долг. В других случаях закабалялась и вся семья должника. Земля — иногда целые поселения — в это время уже продавалась и дарилась, что свидетельствует о начавшемся распаде первобытно-общинных отношений.
Положение в Сирии в середине II н. э.
В середине II тысячелетия до н. э. на смену непрочному митаннийскому владычеству над Сирией пришло более тяжёлое, египетское, которое было результатом ряда походов фараонов XVIII династии; затем последовали завоевания хеттских царей и, наконец, борьба Египта с Хеттской державой за господство в Сирии. В азиатских владениях Египтаимелись уже сформировавшиеся рабовладельческие общества. Но многие из числа проникших