Найти в Дзене

туризм

-Вовка, вылезай! Хорош людей пугать,-стражи порядка поторапливают бездомного, уютно расположившегося под столешницей сувенирного лотка. Вовка спит на теплых фонарях, встроенных в плиты мостовой улицы, примыкающей к Дворцовой площади. Вован отдыхает. Открытые дверцы сувенирного стенда ограждают от любопытствующих взглядов редких ночных прохожих, а накинутое замурзанное одеяло защищает от непогоды. -Вовка, шел бы ты в ночлежку, попросил бы лежбища на ночь. Холодно уже спать на улице, застудишься. На дворе зима,-напрасно наставляют его уличные работники. -Как казанская сирота, люблю просторы. Мои предки, казанские мурзы, жили не тужили на бескрайних просторах Руси, чхать мне на ночлежку,-чеканит казанская сирота, плут от бывших мурз казанских. Многочисленные туристы со всех уголков земного шара торопятся посетить мировую сокровищницу искусств в Эрмитаже. Здесь группы туристов из Китая с экскурсоводами-китайскими студентами, обучающимися в Петербурге. А вот почтенная чета из Швейцарии. С

-Вовка, вылезай! Хорош людей пугать,-стражи порядка поторапливают бездомного, уютно расположившегося под столешницей сувенирного лотка. Вовка спит на теплых фонарях, встроенных в плиты мостовой улицы, примыкающей к Дворцовой площади.

Вован отдыхает. Открытые дверцы сувенирного стенда ограждают от любопытствующих взглядов редких ночных прохожих, а накинутое замурзанное одеяло защищает от непогоды.

-Вовка, шел бы ты в ночлежку, попросил бы лежбища на ночь. Холодно уже спать на улице, застудишься. На дворе зима,-напрасно наставляют его уличные работники.

-Как казанская сирота, люблю просторы. Мои предки, казанские мурзы, жили не тужили на бескрайних просторах Руси, чхать мне на ночлежку,-чеканит казанская сирота, плут от бывших мурз казанских.

Многочисленные туристы со всех уголков земного шара торопятся посетить мировую сокровищницу искусств в Эрмитаже.

Здесь группы туристов из Китая с экскурсоводами-китайскими студентами, обучающимися в Петербурге. А вот почтенная чета из Швейцарии.

Спортсмены, прибывшие на соревнования, туристы из Европы, приехавшие своим ходом посмотреть на Россию, многочисленные школьники с разных регионов, окружающие, словно гудящие пчелы, точки с сувенирами…

Но это в прошлом.

Ныне тропа усохла ,покрывшись бурьяном.

Россияне редким шагом бредут к вратам хранилища шедевров.

На дворе Пандемия. в Эрмитаже электронные билеты с социальной дистанцией.

Кажется вскоре угаснет последний фонарь на площади, где надежно окопались подозрительные личности,типа Вовки, а горстка сотрудников туристического бизнеса заунывно волынят волынку.

Фирмы по продаже янтаря свернулись напрочь, окна их просторных галерей померкли и затянуты темной тканью.

Сувенирные магазины закрываются через один как безнадежный бизнес.

Оставшиеся же фтюхивают редким туристам, что у них и только у них, можно приобрести сувениры по сходнячку , вламывая при этом цену втридорога. Уловка не помогает — туристы подчистую бедны.

Наглый вор и отъявленный лгун Вован прижился на Дворцовой площади, в самом сердце Питера, в его золотом треугольнике, некогда звенящем своими балами в белые ночи.

Утром он ворует у местных торговцев что ни попадя, в соседних супермаркетах тянет еду, просит подаяние в местах, где уже занято другими беспризорными, за что получает в рыло.

Намедни он разбогател инвалидной коляской .

Закутавшись в плед и жестко скрепив ноги шарфами ,сидит в коляске, увеличивая тем самым свою выручку с подаяний.

Руки его перебиты за прошлые черные делишки, однако ,Вовка и сегодня не гнушается темными схемами, о которых публично писать не принято.

Бороться с Вовкой себе дороже, его не берет ни холод, ни голод, ни Ковид-19.

Вовка, казанская сирота свято верит, что турист в город вернется и он заживет новой богатой жизнью, в которой будет много хлеба и зрелищ, простора и веселья.