Беда с бабулей. Начало.
Беда с бабулей. Принятие первых решений.
И вот пришёл день, когда мы решили переезжать в Минск.
Мои мужчины всё подготовили, купили кровать, сделали перестановку и организовали место, где теперь будет жить бабуля.
Врачи сказали, что ходит она не сможет уже никогда. Из-за склероза операция невозможна, а без неё и шансов никаких... Это значит только одно: бабушка больше никогда не вернётся в эту квартиру живой... Никогда. Эта мысль сверлила мне мозг. но я старалась отгонять эту мысль, что бы не плакать, ведь я убеждала бабушку, что, если она будет хорошо кушать и наберётся сил, то однажды она сможет ходить с такой подставкой под обе руки... Я врала, потому что правду сказать я просто не могла. Я не могла забрать у неё надежду. Не имела права....
Приехал папа с другом Дёней на большом бусе. Они установили кровать поперёк салона ближе к передним сиденьям, что бы бабушку меньше трясло во время дороги. Получилось довольно удобно и я могла сидеть рядом с ней всю дорогу.
Последние вещи были собраны. Бабушка очень переживала за коробку с вещами, которую она собрала "на смерть". Она с ней просто не расставалась вообще. Там лежали вещи, в которые её надлежало одеть " в случае чего", подарки давно умершим родным, которые я должна была положить в гроб вместе с ней... Всё это рвало мне душу... Особенно запомнилась новогодняя мишура: небольшой кусочек, сантиметров 30, который предназначался для бабушкиной мамы, потому что она любила Новый Год, но у неё никогда не было денег на украшения...
Мы вынесли бабушку во двор. Там уже собрались родные и друзья, которые пришли с ней попрощаться. Все понимали, что больше они её живой не увидят... Было очень т яжело смотреть, как бабушкина подруга тётя Таня, чуть младше самой бабушки успокаивает её и так же как и я говорит ей, чтобы она кушала и возвращалась... Все понимали всё, но все старались дать надежду...
Наконец, мы загрузили все вещи и уложили бабушку на кровать в машине. Бабушка сразу взяла меня за руку и только шептала: "Не покидай меня... Не уходи..." Я положила свою вторую руку поверх её и тихо с ней разговаривала, наклонившись к самому уху, что бы она меня чувствовала в темноте салона.
Когда мы проезжали мимо окон бабушкиной квартиры я не смогла сдержаться, что бы не заплакать: та, которая мне махала рукой из этого окна, лежала сейчас передо мной, держа меня за руку и я больше никогда не увижу её в этом окне... Никогда...Это до сих пор рвёт мне душу и причиняет почти физическую боль, когда я проезжаю мимо этого дома...
Всю дорогу мы так и ехали: бабушка не выпускала меня из вида, держала за руку и не спала ни минуты. Даже покурить мне пришлось выскочить очень быстро и быстро вернуться. За эти три -пять минут, бабушка уже успевала расплакаться. Мои нервы просто выгорели в пепел... Она бесконечно спрашивала куда мы едем и тут же переспрашивала, забывая ответ. Ей было очень страшно...
Через пару часов мы приехали в Минск. После тёмной загородной дороги свет уличных фонарей города порадовал бабушку, потому что она теперь могла меня видеть и так ей было спокойнее.
Мы забрали все вещи и уложили бабушку на кровать уже в квартире. Она разглядывала стены и комнату, насколько могла повернуть голову, но быстро уснула, всё так же держа меня за руку...
Теперь я смогла выскользнуть из комнаты, что бы обнять мужа и детей, которых я не видела несколько недель... Я была измотана морально и физически, но мы были дома и моя семья была рядом, а это значило, что теперь я не одна...
Продолжение следует...
P.S. Справедливости ради, стоит сказать, что во всём этом присутствовал ещё один человек, но я настолько разочарована в нём, что не хочу его даже упоминать, поскольку теперь уже очень сомневаюсь в чистоте его намерений даже тогда.