1 апреля 2020 года, среда
День пятнадцатый
Третий пост. Палата № 4. Утро (Я, Владимир, Анатолий, Василий)
1-я смена. На посту Мария Ивановна
В текущей работе нашего отделения возникли непредвиденные обстоятельства. Причина отсутствия одной из медсестёр осталась невыясненной, но как бы там ни было, а огорчённой Марии Ивановне пришлось заступить на дежурство вторую смену подряд. В течение дня, надо отдать должное, её по очереди подменяли — вначале старшая медсестра Зоя Александровна, затем медсестра с соседнего поста, а после них новая санитарка Даша. Сегодня она появилась в отделении впервые, вместо ушедшей в отпуск Рыжей Танюши, о чём можно утверждать с уверенностью.
Даша — молода, миловидна и обаятельна. В отличие от других санитарок, по преимуществу невоспитанных и грубых, она производит впечатление в высшей степени благоприятное.
Наряду с уже описанным событием, произошло и другое, которое также можно отнести к событиям особой важности — мы удостоились визита высокого гостя, а именно Егора Брусникина, известного больше как Страусёнок. Высокого в силу того, что это был всего лишь второй визит Егора в нашу палату, а первый нельзя признать самостоятельным, поскольку тогда он прибыл вслед за Гессером.
Зашёл Страусёнок после завтрака, решительно и без приветствия, но, судя по всему, с заранее подготовленным планом. Он встал рядом с кроватью Владимира, в ногах, и начал качать её, приподнимая за спинку.
— Во-во-чка, ты спишь? — увлечённо интересовался Страусёнок. — Я знаю тебя, спишь! Давай, не спи, просыпайся!
Такое странное выражение чувств, наверное, являлось своеобразной первоапрельской шуткой, но, чтобы избежать какого-либо непонимания, Егор любезно пояснил нам:
— А Вовочка — мой лучший друг, — и, обращаясь теперь к другу, продолжил настаивать: — Чего ты спишь, мой лучший друг? Давай, просыпайся! Просыпайся! Просыпайся!
В итоге он добился от Владимира только короткого «Отстань!», но и тем остался доволен, а после переключил своё внимание на меня:
— Кроссворды отгадываешь?
— Да, что-то вроде. Судоку решаю, — послушно отчитался я и для убедительности показал обложку, где слово «судоку» было напечатано крупным шрифтом.
— Ну, ладно, решай, — снисходительно позволил Страусёнок и, посчитав дела завершёнными, сейчас же удалился.
Подобное проявление мужской дружбы, как выяснилось, существовавшей между Егором и Владимиром, мне показалось весьма забавным. Я было удивился, но скоро вспомнил вчерашние «бровки широкие» и нежность Лысого по отношению к Анатолию. Однако опытный Василий, поставив знакомый ему диагноз, меня немедленно успокоил:
— И даже не пытайся понять! Просто лёгкое весеннее обострение!
Дневник пациента. Запись 127
Начало ← Предыдущая ← → Следующая → Все записи