В наши дни иногда считается более философским сказать, что завет-это формальный контракт, который сохраняется наряду с обычным консенсуальным контрактом, как это произошло в римском праве. Но это тоже не очень поучительный способ изложения. В каком-то смысле все является формой, которую требует закон, чтобы сделать обещание обязательным сверх простого выражения воли обещающего. Рассмотрение - это такая же форма, как и печать. Единственная разница заключается в том, что одна форма имеет современное введение и имеет основу в хорошем смысле или, по крайней мере, в соответствии с нашими обычными привычками мышления, так что мы этого не замечаем, в то время как другая является пережитком более старого состояния закона и менее явно разумна или менее знакома. Я могу добавить, что под влиянием последнего соображения закон заветов разрушается. Во многих штатах считается, что простой свиток или взмах пера является достаточной печатью. Отсюда следует короткий шаг к полной отмене различия между запечатанными и незапечатанными документами, и это было сделано в некоторых западных штатах.
[274] В то время как ковенанты выживают в несколько слабой старости, а долг исчез, оставив за собой смутно тревожащее влияние, весь современный договорный закон вырос благодаря действию Предположений, которое теперь необходимо объяснить.
После нормандского завоевания все обычные действия начинались с приказа короля, предписывающего вызвать ответчика в суд для дачи ответа истцу. Эти предписания были выданы как нечто само собой разумеющееся в рамках различных хорошо известных действий, от которых они получили свои названия. Существовали иски о взыскании долга и о заключении договора; были иски о нарушении права собственности за нанесение насильственных телесных повреждений личности истца или имуществу, находящемуся в его владении, и так далее. Но эти предписания были выданы только за действия, которые были известны закону, и без судебного приказа суд не имел полномочий рассматривать дело. Во времена Эдуарда I. таких действий было очень мало. Дела, в которых вы могли взыскать деньги другого лица, делились на небольшое количество групп, для каждой из которых существовала определенная форма предъявления иска и изложения вашего требования.