Другие дела, на которые ссылались, были некоторые из тех, которые были связаны с общим залогом, собранным выше; короче говоря, те же органы, на которых было основано дело Сауткота. Принятый принцип был таким же, как и в случае с Сауткотом, с учетом только вопроса о том, подпадает ли под него ответчик. Ничего не было сказано о каких-либо обычаях королевства или когда-либо было в каком-либо зарегистрированном случае до этого времени; и я считаю, что это первый случай, когда перевозчики каким-либо образом отличаются от любого другого класса лиц, которым доверяют товары. В старых книгах нет и намека на какие-либо особые обязательства, присущие им; и, конечно, неправда, что этот случай ввел их. В связи с нижеследующим следует отметить, что Попхэм говорит не об обычных перевозчиках, а о перевозчиках.
Затем последовало Дело Сауткота /3/ (43 Элиза, 1601 год н. э.), в котором старый закон был представлен в чистом и простом виде, независимо от вознаграждения или каких-либо современных инноваций. В этом и более ранних случаях потери в результате кражи действие было детским, рассчитывая, как мы можем предположить, просто на доставку и неправомерное задержание.
Но примерно в это время в обычно принятой процедуре произошли важные изменения, которые необходимо объяснить. Если имущество могло быть возвращено в денежной форме, детинью не возмещал ущерб, который он мог понести из-за небрежности судебного пристава. /1/ Естественным средством правовой защиты от такого ущерба были действия по делу. Но прежде чем это можно было сделать полностью удовлетворительным, необходимо было преодолеть определенные трудности. Пренебрежение, повлекшее за собой ущерб, могло быть простым упущением, и что было сродни нарушению права в случае несвоевременности, чтобы поддержать аналогию, на которой основывалось нарушение права в данном случае? Более того, чтобы обвинить человека в бездействии, вы должны показать, что действовать было его долгом. Как ранее толковались состязательные бумаги, было бы недостаточно утверждать, что товары истца были повреждены по небрежности ответчика. /2/ Эти проблемы были преодолены хорошо известными словами super se assumpsit, которые будут объяснены позже. Предположение долгое время не становилось самостоятельным действием договора, и утверждение было просто побуждением к деликтному действию. Основанием ответственности было то, что ответчик приступил к выполнению обязательства, так что его небрежное упущение, повлекшее ущерб, могло быть связано с его действиями в рамках его обращения с вещью. /3/ Мы обнаружим, что лорд Холт признает этот первоначальный смысл предположения, когда мы перейдем к делу Коггс против Бернарда. Конечно, это не ограничивалось случаями освобождения под залог.