- Зачем мне жить? Для чего? Для кого? Скажи мне, господи. Не хочу я больше так жить и не буду! - рыдала Марина. Её только что предали два самых близких и родных человека, которым она доверяла целиком и полностью.
С Иринкой они были и сестрами, правда двоюродными, и подругами, разница в возрасте была совсем небольшая. Они доверяли друг другу все свои секреты. Марина вспомнила, как радовалась за неё сестра, когда они решили с Артёмом пожениться.
- Артём, за что ты так со мной? - снова заплакала навзрыд Марина.
Их брак был счастливым, как казалось Марине. Одна за другой родились две дочки, в которых родители да и вся родня души не чаяли. Сначала жили в однокомнатной маленькой квартирке, доставшейся по наследству от бабушки. Там и родились их дочки. Было, конечно, тесно, но это и было самое золотое время в их жизни. Потом купили квартиру, новую мебель, Марина наводила уют. Сестра не спешила с замужеством и всегда была рядом. Марина была только рада: и по дому поможет, и с девчонками, когда надо, посидит. И ни о чём она никогда не догадывалась, даже мысли такой у неё не возникало. И вдруг, как гром среди ясного неба:
- Я ухожу, прости, Марина, мы не можем быть вместе. Я думаю, что ты всё поймёшь, не сейчас, со временем. Я её люблю, не могу без неё. Это Ирина, твоя сестра. Я к ней ухожу, прости.
За мужем захлопнулась дверь.
Марина, рыдая, бегала по дому, что-то искала. Наконец, в одном из шкафов нашла крепкую верёвку, - муж для дачи покупал.
Она подбежала к дочкам, которые тихо посапывали и беззаботно улыбались во сне.
- Девочки мои, простите вы меня, другая мамка у вас теперь будет. А я никому не нужна, так уйду я, мешать не буду.
Марина с верёвкой в руках легла на кровать, долго так рыдала и незаметно уснула.
И снится ей сон чудной, будто идёт она по белым облакам, а впереди граница разделяющая белое и чёрное. Подошла поближе: за гранью этой - пустота. Постояла она так на этой грани, не понимая, что бы это значило? Но тут оступилась и полетела вниз, в эту самую пустоту.
Очнулась всё в той же своей квартире, да только понять ничего не может. Вроде бы и ходит, и до вещей дотрагивается, да только ни рук, ни ног нет. Видит и слышит, но не как обычно, а по-другому, и не объяснить.
- Что это со мной? - думает.
Подошла к зеркалу, а её и нет там!
Из комнаты голоса послышались. Зашла, а там за столом сидят её и мужа родственники, здесь и сам он с Иринкой-разлучницей.
- Ах ты, подлая, как совести хватило прийти сюда, - крикнула ей Марина.
А та как сидела, так и сидит, не слышит её совсем.
- Ой, горе-то какое! - заголосила её мама, - да как теперь девчонки-то без мамы. Ой, доченька ты моя, что же ты наделала?
- Не плачь, тётя Наташа, я буду во всём Артёму помогать, - подскочила к ней Иринка, обняла за плечи.
- Ох, Иринушка, одна надежда на тебя.
И только тут Марина поняла, зачем родня собралась: её поминают. Значит, нет её больше, умерла она...
Побежали денёчки. Ирина переехала в их с Артёмом квартиру, стала хозяйничать, всё по своему переставлять. Хоть и не нравилось это Марине, да можно ещё стерпеть. А вот как она к дочкам стала относиться, - у Марины душа от горя разрывалась. Пока Артём был дома, она была с ними ласкова. Но как только он уходил, отношение Ирины к девочкам совершенно менялось. Она как-будто маски меняла, - с доброй и ласковой на злую, бессердечную. Она кричала на них, могла и ударить. Когда Артём возвращался с работы, дочки жаловались ему на злую тётю, но он не верил.
- Не выдумывайте, тётя Ирина хорошая, вы привыкнете, и вообще, её пора уже называть мамой, - сказал он.
От этой фразы Иру прямо передёрнуло, становиться мамой в её планы не входило.
Она стала издеваться над девочками ещё больше: наварит какой-нибудь гадости, что и собака есть не будет и заставляет:
- Чтобы всё съели! А то голодом сидеть будете!
Артём заметил, что девочки из весёлых хохотушек стали превращаться в тихих всё время плачущих.
- Скучают по маме! - пояснила это так Ирина, - милый, девочкам нужно время, пусть пока поживут у бабушки с дедом и мы с тобой побольше времени друг другу уделим.
- Нет! Мои дети будут жить здесь, с нами! - твёрдо сказал Артём, - пусть привыкают.
Ох как это не понравилось Ирине! Она ещё злее стала.
Однажды, как всегда утром Артём ушёл на работу. Ирина подняла девчонок, не покормив, на улицу вытолкала. А мороз в этот день был крепкий, 30 градусов. Они уж и замёрзли, бедные, пальчиков не чувствуют, а тётя Ира всё домой не пускает.
Марина кричала, что есть силы, чтоб впустила она дочек домой, - да кто ж умершего человека услышит?
Наконец, дверь открылась и вышла Ира:
- Быстро домой!
Зашли домой, сразу спать отправила. Они забрались под одеяла, дрожат, согреться не могут.
Марина подошла к старшей - как в огне горит дочка, - заболела! Она к маленькой - хрипит, задыхается!
Муж пришёл с работы, с порога кричит:
- А что-то меня дочки мои не встречают?
- Тише, тише, милый, наигрались, уснули.
- Я надеюсь, на улицу не ходили? - забеспокоился тот.
- Да что я глупая детей на таком морозе на улицу отправлять?
Сидят молодые целуются-милуются.
Марина подбежала к ним.
- Артём, Ирина, христом богом прошу, помогите дочкам, плохо им! Вызовите скорую! Артём, Артём, подойди к дочкам! - кричала Марина и трясла мужа за плечи.
Но он ничего не слышал, - ведь её же нет на белом свете!
- Господи, прости ты меня, грешную! Прости! Верни всё обратно, дай мне пожить хоть немножко, дочек своих спасти! - взмолилась Марина.
... И вдруг проснулась! В своей кровати, с верёвкой в руках, на которой повеситься хотела.
- Спасибо тебе, господи! Спасибо, что это только сон был, страшный сон!
Сон был таким явным, что казалось всё происходило на самом деле. Марину трясло, она вскочила, отбросила в сторону верёвку, побежала к дочкам в комнату. Те так же сладко спали-посыпали.
- Да что же это я, дура, чуть самого родного не лишилась? Забыла, как бабуля говаривала: плохое уйдёт, а счастье останется.
Марина стала обнимать и целовать дочек:
- Девочки мои золотые, ангелочки мои! Вы и есть моё счастье!
Никогда ещё Марина не была счастлива, как в тот день.