Стрелы зашуршали в воздухе, словно кто-то рвал шелк.

Стрелы зашуршали в воздухе, словно кто-то рвал шелк. С дюжину впилось в дверь; одна влетела в окно и закачалась, вонзившись в стену. Все вскочили, опрокидывая скамьи, изгнанники бросились к лукам.

— Нет, оставьте это дело мне! Хассил, держись поближе! А вы, главное, не стреляйте!

Воины медленно выходили из леса, держа луки на изготовку. На них были сверкающие панцири и остроконечные шлемы. Шлем командира украшало красное перо. Они пересекли лужайку и встали возле окон. Офицер и трое лучников вошли в хижину.

— А, так это ты, Верньер! Ну что ж, теперь ты спекся. Я видел перед хижиной рога оленя-прыгуна. Тебе известно, что эта дичь предназначена только знатным сеньорам. И ты знаешь, что тебе запрещено принимать у себя в доме кого бы то ни было! Кто этот человек? Васк? Взять его! Смотри-ка, тут еще и девка! Правда, молода еще. А что до этой «зеленухи», то посмотрим, сумеет ли он бегать быстрее стрелы. А что это еще за куча железа на лужайке? Отвечай, собака!

Лучники схватили хозяев, прижали к стене координаторов. Акки мысленно передал иссу:

«Хассил, помнишь уроки борьбы кренов? Сейчас самое время вспомнить. Я оставил свой парализатор на полке у входа. Ты готов? Раз, два, три!»

Схватка не продолжалась и десяти секунд. Подхваченный за ногу офицер грохнулся об пол. Исс держал двух лучников болевым захватом. Акки прыгнул, сбил с ног третьего и обернулся с пистолетом-парализатором в руках. Несколько мгновений — и весь патруль превратился в группу живых статуй.

— Помоги мне, Хассил! И вы тоже. Надо отнести их по одному в гравилет и провести там коротенький сеанс.

Час спустя Верньер и его семья с изумлением увидели, как лучники во главе с офицером удаляются в лес.

— Вы их отпустили? Они же доложат обо всем герцогу!

— Нет, Жак, не беспокойся. У нас в гравилете есть аппарат, который заставит их все забыть. И они будут клясться собственной жизнью, что сегодйя не заметили ничего особенного.