Потом я плюнула огнем в районе его самого нежного места. От сжигающего синего пламени он заорал непристойной речью, начал кататься по земле, но огонь, как ему было задано, горел только там и не распространялся никуда больше, и даже проливной дождь его не тушил. — Это тебе за тех девочек, над которыми ты издевался! — наклонившись, на ухо шипела ему я. Он все еще надеялся уйти, потому что старался пятиться изо всех сил, уползал. — Вот наивный! Ну неужели ты в самом деле думаешь, что можешь от меня скрыться? — Я злобно расхохоталась, ну прямо как в фильмах ужасов. — Посмотри на себя и на меня. Кто ты? Букашка! И когда он перестал кричать, только тихо постанывал, я встала, взяла его за шкирку и поднесла к пасти. — Ну а это тебе за убийство невинных душ! — И враз перекусила его пополам. Знаете, не особенно-то он вкусным оказался. Мясо как мясо. Так что врут все насчет вкусноты негодяев. Теперь и я из-за этих отбросов общества стала убийцей… Мне стало не по себе, моя совесть не давала покоя.