Найти в Дзене

Сложно сказать, почему небо темнеет

Сложно сказать, почему небо темнеет . Может, какие-то из туч появляются в небе в определенное время года, и эта задержка — прямой виновник того, что становится все темнее и темнее. Сначала я подумал, что тучи превращаются в людей. Потом — в животных. Потом —во что-то ще. Меня охватила тихая паника, когда я понял, что небо — это не небо, а огромный, полный кошчего воя замок на вершине утеса. И я почти вижу его, маленький, серый, хнычущий от отчаяния скуки. Правда, весто кошек вокруг замка бродят страшилища с острыми ушами. Или они тоже человечекие? Откуда мне знать? Эо ведь не я его видел. И кажется, я понял, что мне делать. Надо сходить к человеку, у которго кончился хлеб, и попросить его меня накормить. А сам я могу всю ночь идти и идти, и конца этому не будет. Так что япошел, и пришл к человеку, который выпил всю воду. И говорю: «Я хочу есть». А он не хочет меня кормить. Потому что ему надо идти на работу. Я понимаю, что он мне не верит. И тогда я иду к зверю и прошу у него еды. Но

Сложно сказать, почему небо темнеет . Может, какие-то из туч появляются в небе в определенное время года, и эта задержка — прямой виновник того, что становится все темнее и темнее. Сначала я подумал, что тучи превращаются в людей. Потом — в животных. Потом —во что-то ще. Меня охватила тихая паника, когда я понял, что небо — это не небо, а огромный, полный кошчего воя замок на вершине утеса. И я почти вижу его, маленький, серый, хнычущий от отчаяния скуки. Правда, весто кошек вокруг замка бродят страшилища с острыми ушами. Или они тоже человечекие? Откуда мне знать? Эо ведь не я его видел. И кажется, я понял, что мне делать. Надо сходить к человеку, у которго кончился хлеб, и попросить его меня накормить. А сам я могу всю ночь идти и идти, и конца этому не будет. Так что япошел, и пришл к человеку, который выпил всю воду. И говорю: «Я хочу есть». А он не хочет меня кормить. Потому что ему надо идти на работу. Я понимаю, что он мне не верит. И тогда я иду к зверю и прошу у него еды. Но он нехочет мне ее давать. И я вижу, что так и буду все время идти. И не дойду. Я думаю, может, эта работа кончится утром? Но тогда не будет работы и у меня. И если она и закончится утром, все равно ничего не изменится. Тогда, наверно, надо пойти к Богу. Но ведь я же — его создание. Значит, надо идти к нему. А раз он все видит, чего ему меня обманывать? И я иду к Богу и говорю: «Я хочу к Тебе». А Он не хочет. И я иду и иду, и иду, и иду. И иду, иду, иду… Ах, пропасть, пропасть, ах, пропасть… Как сладко было ехать! Падая, я никогда не падал сразу вниз, потому что у меня было тело, и я знал, куда мне падать.