С концом Анжуйской империи Франция наконец могла свободно развиваться без помех со стороны соперников, которые держали ее за горло в течение половины столетия. И процесс развития действительно начался. В течение следующего столетия ее богатства и политическое влияние только увеличивались.
Филипп II вел Францию по пути развития. Он вел ее не только успешной войной против анжуйцев, но и борясь против религиозного разделения в пределах обширных областей, номинально подчиняющихся ему.
Одна из религиозных групп, с которой можно относительно легко бороться, были евреи.
Евреи жили в Западной Европе со времен владычества римлян, переживая периодические периоды враждебности, но в целом их жизнь была не слишком ужасной. Они не могли владеть землей, поскольку не могли принести необходимых клятв, содержание которых основывалось на христианской обрядовости. Но в аграрном обществе их склонность к торговле и коммерции была полезна, и они играли роль среднего класса.
Западные евреи даже сумели развивать собственную интеллектуальную жизнь, основанную на Ветхом Завете и на пространных комментариях Талмуда. Приблизительно в 1000 году Гершом бен Иуда возглавлял академию раввинов в Рейнланде и был первым, кто принес в Западную Европу талмудические знания Востока.
К концу XI столетия ведущим еврейским ученым был раввин Соломон бен Айзек, который родился во французском городе Труа в 1040 году. Известный как Раши, от еврейских инициалов его имени, он написал чрезвычайно ценные комментарии по каждому аспекту традиционного еврейского закона.
Но потом началась лихорадка Крестовых походов. Толпы маргиналов, разъяренные антимусульманским рвением и пропагандой, искали любых врагов Христа, которых могли найти. Мусульмане были далеко, но евреи — под рукой и не могли оказать сопротивления. В результате еврейские общины во многих городах были уничтожены, и Западная Европа испытала первую волну того, что в более поздних столетиях стали называть «погромами».
Хуже спонтанных вспышек антисемитизма, которые на время прекратились, было постоянное экономическое давление. Появление собственного среднего класса во Франции сделало евреев менее необходимыми с экономической точки зрения. Французских бюргеров хватало для расширения «городских» форм экономики. Теперь Филипп II мог выставить напоказ свою христианскую ортодоксальность без опасения экономических последствий. Почти с самого начала своего правления он стал изгонять евреев из Франции.
Ухудшение положения евреев в XII столетии привело к началу их переселения на Восток, в менее развитые страны, которые все еще приветствовали увеличение предпринимательской прослойки общества. В течение следующих веков большие массы еврейского населения сконцентрировались в странах Восточной Европы (где впоследствии их и настигла новая волна преследований).
Но нарушение догматов можно было найти и ближе к дому. Не все христиане верили в Бога согласно официальной доктрине католической церкви. Были «еретики», которые имели собственные представления о Боге.
В Болгарии незадолго до 1000 года зародилась пуританская секта, которая полагала, что мир и его материя были созданием дьявола. Поэтому они отвергли Ветхий Завет, который убеждал, что Бог создал мир и нашел это хорошим. Чтобы спастись, было необходимо воздержаться в максимально возможной степени от любой связи с миром. Новая секта отвергала брак, секс, употребление пищи и питье без крайней необходимости. Смерть была хорошим исходом, чем быстрее человек умирал, тем быстрее его душа освобождалась от уз созданной дьяволом плоти.
Подобные идеи продвигались на Запад и укоренились в Южной Франции. Подобный образ жизни становился популярным как реакция на коррумпированность большей части католического духовенства, и ересь процветала.
Члены новой секты назвали себя катарами[32] от греческого слова «чистые».
32 Катары — религиозное движение в Западной Европе в XI–XIV веках, эволюционировавшее из манихейства. Особенное распространение получило на юге Франции, также было распространено в Италии, Испании и Германии. В основе религии катаров лежал дуализм, а также вера в греховность плоти и в то, что «чистая душа», принадлежавшая Богу, находилась в заточении похотливого и грязного тела. Катары отрицали непорочное зачатие и факт рождения Иисуса Девой Марией, считая это лишь символической выдумкой. Они отрицали распятие Иисуса на кресте, воскресение, причащение, существование чистилища и действенность молитв и икон. Крест как символ веры катары также отрицали, считая его символом мучений. Также катары отвергали все семь таинств. Одним из лидеров этих пуритан был Питер Вальдо[33], богатый торговец из Лиона, который теперь является частью Юго-Восточной Франции, а в то время, несмотря на свою французскую культуру, принадлежал Священной Римской империи. В 1170 году Вальдо, после того как заказал для себя перевод некоторых мест из Библии на романском языке, изучение которых привело его к мысли о необходимости раздать имение нищим, чтобы добровольной бедностью восстановить первобытную чистоту христианских нравов, начал собирать людей вокруг себя. Те, кто проповедовал добровольную бедность, стали называться «бедные братья из Лиона», или «вальденсы».
Город Альби, почти в 200 милях к юго-западу от Лиона, был другим катарским центром. В римские времена это была столица галльского племени, известного как Альби. В результате секта стала известна как «альбигойцы»[34], и это название иногда использовалось для всех еретиков в Южной Франции и Северной Италии.
Признавали катары лишь утешение, и люди, получившие его, назывались совершенными. Совершенные постоянно стремились к чистоте души, занимались проповедничеством и врачеванием, также они были обязаны воздерживаться от грешной плоти, мяса, птицы, яиц, брака и сохранять целомудрие. Обычные верующие получали утешение лишь на пороге смерти. Когда катары умирали, их губ могла касаться только вода, а женщинам было запрещено прикасаться к ним.
33 Петр Вальдо, или Вальдус (1140–1217), — основатель секты вальденсов, от имени которого происходит и самое ее название, хотя, по другому толкованию, оно произошло от vallis (долина). Согласно преданию, он был богатый купец в Лионе до 1160 года, когда превратился в радикального христианина, отдал свою недвижимость жене, а остатки денег — бедным. Вальдус стал проповедовать и учить на улицах свои идеи простоты и бедности: «Никакой человек не должен служить двум хозяевам: Богу и мамоне». Его приверженцы называли себя the poor или просто вальденсами.
34 Альбигойцы — заимствованное от города Альби в Тарнском департаменте название одной распространенной в Южной Франции церковной секты, усвоившей религиозные принципы катаров и их позднейших последователей — вальденсов. Сторонники этого направления явились еще в начале XI столетия и Церковь одобряла стремление к бедности и пуританизму в определенных рамках, но хотела управлять ими. Она не могла пойти навстречу желанию катаров избавиться от церковной административной структуры. Вальденсы, например, перевели Новый Завет на провансальский так, чтобы каждый человек мог прочитать и осмыслить его для себя. Катары не считали нужным повиноваться священникам и епископам и руководствовались лишь велениями собственной совести.
Действительно, катары в их различных формах почти походили на некоторые протестантские секты, которые появились три столетия спустя.
Церковь могла легко сокрушить этих еретиков, но катары нашли сочувствие и поддержку среди большинства южных сеньоров. Эти сеньоры, возможно, были привлечены доктриной, а может быть, видели шанс конфисковать церковные земли и богатство в случае победы еретиков.
Самым сильным сторонником катаров был Раймонд VI, граф Тулузы. Он начал править в 1194 году и сопротивлялся папским уговорам изменить свои взгляды.
В 1198 году на папский трон воссел Иннокентий III, и при нем папство достигло пика своего политического могущества. Его престиж сильно поднялся благодаря борьбе с ересями, и теперь этот твердый и решительный вообще считались преемниками манихеев. Они проповедовали апостольское христианство и вели простую, строго нравственную и уединенную жизнь. Поэтому их называли сначала «добрыми людьми» (фр. les bons hommes), но «людьми темными» (фр. hommes obscurs), а после первого отлучения их от церкви, произнесенного на соборе в Тулузе, созванном папой Каликстом II (1119), стали звать «тулузскими еретиками».
человек стал настолько сильным, что мог заставить королей склониться перед ним.
Он послал к Раймонду легата, чтобы убедить того принять меры к искоренению ереси, но Раймонд отказался. Иннокентий становился все более настойчивым, как и Раймонд в своем отказе, а затем, в 1208 году, легат был убит. Пошли слухи, что убийство совершено по приказу Раймонда, и взбешенный Иннокентий III объявил Крестовый поход против еретиков. Церковь юридически и морально одобрила убийство еретиков, приравняв их к сарацинам.
Папа надеялся, что Филипп II возглавит Крестовый поход, но Филипп не видел в этом никакой выгоды для себя. Было достаточно позволить своим вассалам сделать всю грязную работу, пребывая дома и пожиная плоды своей набожности и их усилий. Что касается сеньоров, то, стремясь ко всем религиозным выгодам, которые они получали от Крестового похода, и к материальному обогащению за счет трофеев, они стекались под церковные хоругви.
Самым видным среди них был Симон де Монфор[35], который сражался в Святой земле против сарацин и точно знал, как должен сражаться настоящий крестоносец. В 1209 году крестоносцы взяли город Безье, на средиземноморском побережье, в ста милях к востоку от Тулузы. Город осажден, но возник вопрос относительно того, кто 35 Симон IV, сеньор Монфора (соврем, департамент Сены и Уазы, округ Рамбуйе) и Эпернона — вассал французской короны, родственник Матье де Монморанси. Принял крест в Экри, но затем, не желая участвовать в нападении на Задар, вместе с Ангерраном де Бовом покинул войско и отправился в Венгрию, таким образом не побывав в Палестине. Позднее возглавлял Крестовый поход против альбигойцев.
из жителей города был еретиком, а кто был добрым католиком. Симон де Монфор имел легкое решение.
«Убейте их всех, — сказал он. — Бог отличит своих»[36].
Так были убиты несколько десятков тысяч мужчин, женщин и детей.
Раймонд VI, боясь, что не сможет противостоять северным баронам без посторонней помощи, обратился за ней к Педро II — королю Арагона, испанского королевства, лежащего по другую сторону Пиренеев[37].
Язык Арагона был близок провансальскому, кроме того, Педро II доводился родственником Раймонду, поэтому откликнулся на просьбу графа.
Решающее сражение произошло 12 сентября 1213 года при Мюре. Войска Раймонда и Педро II, которые осаждали город, числом превышали войско Монфора, но действия союзников были недостаточно хорошо скоординированы. Монфор смелым маневром вывел своих рыцарей из города, как будто он пробовал бежать, а затем вернулся, чтобы внезапно атаковать арагонское войско, в то время как Раймонд оставался лишь наблюдателем. Педро II пал в бою, и, когда его воины отступили, войска Раймонда были деморализованы и быстро разбиты. Это была полная победа северян.
36 На самом деле эти слова якобы принадлежат папскому легату Арно Амори.
37 Педро II был сеньором многих южнофранцузских феодалов. И вмешался в этот конфликт по личным причинам, а не по просьбе графа Тулузского. Он старался защитить своих вассалов и отстоять политические интересы, понимая, что в случае успеха похода в Южной Франции установится власть Филиппа II.
Еретики упорно сопротивлялись, но одна за другой их цитадели были взяты. Сам Монфор погиб в бою в 1218 году под стенами Тулузы, и только в 1226 году ересь была полностью потоплена в крови и жестокости. (Действительно, последние вальденсы продолжали переносить все трудности и оставались в изолированных от мира альпийских районах вплоть до XX столетия.)
Вместе с катарской ересью была разрушена и процветающая провансальская культура и открыт путь к распространению власти Капетингов к Средиземноморью. Провансальский язык потерял свой статус самостоятельного и медленно уступал французскому.
Однако, погибнув, независимая провансальская культура повлияла на более грубый мир севера. Например, римское право (окончательно систематизированное при византийском императоре Юстиниане в VI столетии) было введено вновь в Италии около 1100 года. Римское право преподавалось сначала в университете Болоньи, а оттуда перешло в университет Тулузы. С оккупацией юга римское право, с его принципами более гуманными и организованными, чем законы, основанные на старой германской доктрине, достигло Парижа.
Альбигойский крестовый поход оставил, однако, дурное наследство в форме почти параноидального опасения относительно ересей.