Некоммерческий сектор в России становится все более заметным субъектом общественной жизни. Он берет на себя задачи, которые государство по тем или иным причинам не может решить. При этом НКО, которые чаще всего возникают из личных историй учредителей, развиваются зачастую интуитивно. Они помогают людям, но и сами нуждаются в поддержке, причем не только финансовой. В течение сентября и октября авторы Мяч!Медиа опросили более пятидесяти НКО: мы хотели узнать, какие три решения помогли бы им развиваться стремительнее и быть устойчивыми. И вот что они нам рассказали.
Финансовая стабильность
С 2017 года Фонд президентских грантов распределяет на проекты НКО миллиарды рублей, и каждый год объем финансирования растет. В этом году дополнительно учрежден Президентский фонд культурных инициатив: с 1 ноября принимаются заявки на грантовую поддержку проектов в области культуры, искусства и креативных индустрий, причем подавать их могут не только НКО, но и коммерческие организации, ИП и муниципальные учреждения. Помочь инициативам некоммерческого сектора готовы и в частных фондах. Так в чем же проблема?
«Радость и беда грантов в том, что их обычно дают на вишенку на торте, а сам торт предполагается печь на средства, добытые еще откуда-то», — сказала как-то в интервью Мяч!Медиа главный редактор проекта «Подвиги» Наталья Широкова, сформулировав то, с чем сталкиваются почти все НКО, даже самые крупные и известные.
Гранты даются на определенную часть работы, мероприятие, проект, за который потом можно красиво отчитаться. А деньги нужны постоянно на рутинные, ежедневные расходы.
БФ «КАФ», который входит в ведущую международную независимую организацию, развивающую филантропию и гражданское общество во всем мире, по инициативе ассоциации «Все вместе» провел первое исследование об отношениях доноров и грантополучателей в России. В нем участвовали 510 некоммерческих организаций, которые отмечали, что на администрирование гранта часто уходит слишком много времени и усилий, 46% считают софинансирование трудновыполнимым условием, еще трети приходилось сталкиваться с запросом на дублирование информации в заявке в разных форматах (презентация, видеоролик и т. п.). Участники опроса говорят о неадекватно высоких требованиях к отчетности по грантам, многие сталкиваются с необходимостью предоставить персональные данные благополучателей и т. д. По мнению директора по маркетингу и коммуникациям БФ «КАФ» Светланы Корначевой, если удастся найти решение всех этих трудностей, то некоммерческому сектору станет определенно легче.
«Очень сложно получить финансирование на нашу деятельность, потому что все грантовые конкурсы практикуют проектный подход. Было бы хорошо, если бы Фонд президентских грантов выделил или отдельную номинацию для нас, а лучше создал отдельный конкурс. Это может быть и звучит как мечта, но об этом думают многие мои коллеги-ресурсники», — делится председатель РОО «Центр развития НКО Ямала» Инна Тереш.
Достойные зарплаты и пенсии сотрудникам
«Вроде как зачем платить в НКО зарплаты, если у нас миллионы добровольцев? Но мы, работники сектора, понимаем разницу между добровольчеством, pro bono (безвозмездным) и квалифицированным трудом», — объясняет председатель Нижнеудинской районной общественной организации социального развития «Доверие» Артем Петернев.
«До сих пор работающие в нашей сфере люди остаются крайне недооцененными с финансовой точки зрения», — говорит Юлия Божина из петербургского фонда помощи детям с онкологическими заболеваниями «Свет». Как и многие коллеги, она хотела бы приглашать на работу высококвалифицированных специалистов, но не может этого сделать из-за недостатка денег. Нужно бороться с табуированием темы зарплат в третьем секторе и открыто говорить об этой проблеме. По словам директора БФ «Свет», надо рассказывать о важности их работы, не обесценивая труд и публикуя отчеты о тратах организации.
Социальная незащищенность самих работников некоммерческих организаций — еще одна проблема. «Наша пенсия мизерная, а об этом вообще не принято говорить», — заключает Наталья Калиман из «Диаконического центра «Прикосновение», который занимается в Оренбурге помощью детям и взрослым с ментальными нарушениями, генетическими синдромами, расстройствами аутистического спектра и их семьям.
Информационная поддержка СМИ
Как ни странно, эта проблема для НКО оказалась по актуальности чуть ли не второй после финансовой. Большинству общественников не хватает публичности и внимания журналистов.
Одни жалуются, что преимущество имеют крупные, всем известные фонды, а на новичков в этой СМИ не обращают внимания. «А как быть молодым фондам, осмеливающимся заняться проблемой, которую никто до них не решал? Откуда брать средства на регулярную работу, если в основные каналы коммуникации с большой аудиторией доступа нет?» — задается риторическими вопросами Александра Краус из московской организации «Свет в руках», которая помогает людям, столкнувшимся с потерей ребенка на этапе беременности, при родах и после.
Другие говорят, что даже если СМИ публикуют информацию о проектах НКО, то не упоминают название. «Говорят, что иначе это реклама, и называют нас просто организаторами. <...> Порой журналисты невнимательно относятся к публикациям и не согласовывают тексты с нами. Потом рождаются слухи и домыслы, а нам приходится оправдываться перед людьми и тратить время на объяснения», — делится Наталья Зубарева из фонда «Кристалл», помогающего людям в трудной жизненной ситуации, людям с особыми потребностями и пенсионерам в Абакане.
Упростить отчетность
Сейчас любой фонд в России сталкивается с необходимостью регулярно проходить довольно сложную финансовую и иную отчетность. Анна Овсянникова, директор по развитию московского БФ «Весна», помогающего людям с тяжелыми двигательными проблемами, предлагает дифференцировать отчетность в зависимости от оборота, что могло бы существенно облегчить жизнь, особенно небольшим и начинающим некоммерческим организациям. «Разумеется, работа НКО должна быть прозрачна, но <...> так мы могли бы сосредоточиться на сути своей деятельности и не погрязнуть в бюрократических сложностях».
Овсянникова говорит, что, например, в США организации, чей оборот не превышает 250 тысяч долларов, просто заполняют несложную форму для налоговой, фонды с оборотом 250–500 тысяч долларов сдают простой отчет и проходят аудит, и только те, чей оборот свыше 500 тысяч долларов, сдают полноценную отчетность. В то время как в России любой благотворительный фонд с оборотом от 3 млн рублей вынужден тратить ежегодно уйму времени и десятки тысяч рублей на прохождение аудита.
Стимулы для бизнеса, помогающего НКО
В 2020 году ряд компаний, помогающих СО НКО, получили налоговые послабления в период пандемии. Эта мера была горячо поддержана и бизнесом, и НКО, так как дала возможность увеличить объем пожертвований. По словам директора благотворительного фонда помощи взрослым «Живой» Виктории Агаджановой, необходимо продлить такой режим и вернуть существовавшие до 2005 года налоговые льготы для бизнеса на благотворительные цели в полном объеме. Кроме того, надо дать предпринимателям дополнительные стимулы для увеличения доли средств, выделенных на благотворительность: установить дополнительные преференции для компаний, давно и успешно сотрудничающих с НКО.
Коллаборация с предпринимателями и тандем с государством
Екатерина Каратаева, исполнительный директор БФ «Волонтеры — детям», говорит, что некоммерческому сектору нужно больше площадок для презентации проектов НКО, к которым в качестве партнера мог бы присоединиться бизнес. Тем более сейчас много возможностей проверить репутацию некоммерческих организаций и даже посмотреть результаты реализации прошлых проектов.
Зачастую такие площадки организовывают «НКО для НКО» — организации, помогающие индустрии благотворительности в России стать более профессиональной, привлекая лучшие бизнес-практики в работу НКО. Например, благотворительный фонд «Друзья» в Москве создает площадки и механизмы как для фандрайзинга, так и для успешного сотрудничества фондов с бизнесом и государством. По словам PR-директора фонда Елены Самсоновой, благотворительность — это всегда работа с государством, поэтому нужно научиться сотрудничать и слышать друг друга. Она говорит, что третий сектор берется за те проблемы, которые власти могут не замечать, но способны решить их системно, а не точечно. Речь идет про те же вопросы здравоохранения или обеспечения препаратами. В идеале должен сложиться тандем, когда фонды поднимают и доносят до государства проблематику снизу, а чиновники учитывают их экспертное мнение и решают выявленные трудности на фундаментальном уровне. «Но взаимодействие с государством — это тоже навык, которому нужно учиться».
Профессиональное образование и повышение квалификации сотрудников
Сейчас в секторе НКО работают люди из разных сфер и профессий, каждый учился сам или в команде тонкостям работы в благотворительности. «Если включить в образовательные программы блоки про НКО при обучении в университетах, колледжах и школах, то у новых поколений будет больше представлений о работе нашего сектора, а там и желания работать и помогать», — уверена соучредитель благотворительного фонда помощи бездомным животным «Рекс» Анастасия Быкова.
В России уже действует проект «Забота рядом», который находит специалистов для работы с множеством НКО. Волонтерам помогают обучаться, профессионально развиваться и получать практический опыт. Это хорошая инициатива, считает Лилия Маслова, директор благотворительного фонда развития и поддержки местного сообщества Курганской области «Вместе с нами». Но ее пока недостаточно. Нужно работать со специалистами из всех НКО, повышать их квалификацию, чтобы в конечном счете сделать помощь людям более профессиональной и эффективной.
Президент союза благотворителей и социальных организаций Приморского края «Во имя добра» Валерия Костина говорит, что пока только единицы обучаются у коллег из ведущих НКО страны и привозят по крупицам эти знания на Дальний Восток. Для более быстрого развития сектора такая возможность должна быть у многих, но на это нужны приличные деньги. «Я прошла конкурсный отбор на обучение в Московской школе профессиональной филантропии, стоимость которого 450 тысяч рублей. Если к этому прибавить восемь поездок из Владивостока в Москву, проживание и питание там, то получится около 800 тысяч рублей», — делится своим опытом Костина. Ни одна организация из их региона не сможет себе позволить такую сумму, у многих годовой бюджет меньше.
Объединение НКО и мероприятия для «третьего сектора»
Одна из ценностей и целей московского объединения «Все вместе», которое занимается развитием культуры благотворительности и поддержкой профессионального сообщества НКО, — объединять и формировать доверие между некоммерческими организациями. Члена совета ассоциации Киру Смирнову очень радует, что сейчас есть такая тенденция в секторе. Многие организации видят возможности для сотрудничества, объединения ресурсов и усилий и используют их. Появляются и кратковременные союзы, и официальные альянсы с долгосрочными планами. При этом есть и проблемные моменты. «В прошлом году мы писали аналитический сборник «Опыт объединений и ассоциаций НКО в России» и в процессе поняли, что объединения НКО, к сожалению, почти не изучают и не анализируют опыт других альянсов, часто даже не подозревают об их существовании. Это большое упущение».
Региональные форумы для НКО много дают в плане общения между представителями одной отрасли. «Нам важно иногда видеть друг друга, поддерживать проекты друг друга, перенимать опыт и просто вдохновляться», — говорит Ольга Козак, куратор проекта «#ПодаркивБольницы».
Законодательные инициативы
В этой теме НКО высказали много пожеланий и здравых предложений. Многие говорили о субсидиях и особых финансовых условий. Например, Светлана Сахарова, председатель правления крымского сообщества родителей детей с инвалидностью «РОСТ», рассказала, как важно ввести законы о компенсации затрат по коммунальным услугам и расходов по занятости для молодежи с особенностями. Значительную часть бюджета их организации помог бы сохранить и закон, сокращающий налоговые выплаты на зарплату сотрудников.
Другие НКО говорят о законах, которые помогли бы существенно улучшить ситуацию в конкретных сферах.
«Закона о поисковой деятельности нет, есть локальные акты поисковых организаций, которые регламентируют проведение поисковых экспедиций и прочее. Не во всех регионах есть законы об увековечивании памяти погибших, особого статуса у поисковиков тоже нет. Вопрос о том, поисковая деятельность — это военная археология или нет, тоже остается открытым», — объяснила Светлана Князева из волгоградской организации «Поиск», ее сотрудники и волонтеры ухаживают за захоронениями воинов, исследуют незахороненные останки и устанавливают имена пропавших без вести, чтобы увековечить память защитников Отечества.
Создатель социального проекта DonorSearch.org Руслан Шекуров, который мотивирует молодежь становиться донорами крови, предлагает положенные по закону два дополнительных выходных дня оплачивать из Фонда социального страхования (ФСС) по аналогии с декретом, а не компенсировать их за счет работодателя. По его мнению, такое решение повысит число доноров в стране.
В России не ведется статистика по бездомным, нет даже закрепленного определения термина «бездомность», говорит Анна Фадеева, координатор дневного центра «Территория передышки» в Перми для людей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации или на улице. Она считает, что у нас должна появиться система сбора данных, статистики о проблеме бездомности: сколько людей столкнулись с этим, по какой причине и в какой помощи они нуждаются. Кроме того, надо вовлекать людей с опытом бездомности в работу с сервисами, благотворительными и государственными программами, направленными на помощь бездомным людям.
Марина Найденова, член попечительского совета БФ «Варежка», говорит о необходимости закона об обязательном чипировании домашних животных. Если животное потеряется, то чипы помогут быстрее вернуть его домой. Так работа волонтеров станет эффективнее. А государство сможет наказывать тех, кто намеренно оставляет животных на улице: штрафы за брошенных питомцев не только пополнят бюджет, но и повысят ответственность людей. Кроме того, он предлагает ввести налог на нестерилизованных животных, тогда люди скорее стерилизуют питомца, чем согласятся регулярно выплачивать налоги. Это сократит число бездомных животных, которых в коробке выносят на улицу хозяева нестерилизованных питомцев. Снизится количество животных — повысится их ценность в глазах людей.
По словам Марии Лерман, руководителя организации родителей детей с синдромом Дауна «Под одним солнцем» в Калининграде, дети с особенностями нередко оказываются в спецучреждениях со статусом временно помещенных и находятся там годами, не попадая в базы для усыновителей. Кровные родители не лишаются родительских прав на протяжении нескольких лет. Они как бы отказались от ребенка, но на бумаге остались его родителями. А ребенок в такой ситуации лишается шанса оказаться в новой семье. Эту ситуацию нужно менять, чтобы у детей появился шанс на усыновление, отмечает Лерман.