Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Нашу победу сопровождал ласковый перезвон вертикали власти

Нашу победу сопровождал ласковый перезвон вертикали власти . У моей мамы был голубой бриллиант от Сохнута, потому что она была королевой зубной рекламы (представьте себе, массовик-затейник телевидения) и она была большой поклонницей Востока, когда мы снимали «Людей на мосту» (когда я е вырос, все стало совершенно ясно). Сейчас голубой бриллиант был теперь темным рубином, лежащим на ободке оричневог ружева. Кроме того, новый муж обещал мне что-то вроде кресла президента. Моя мама была его первой любовью, и он патил ей алименты по да миллиарда рублей в год. Впрочем, нас об этом мало кто спрашивал, ибо это было, как выражаются милиционеры, скючительно мо личное дело. Я ни в коем случае не хотел обострять ситуацию. Но тут, наконец, пришел Авинер, и мы все прояснили. Он говорил достаточно громко, чтобы все услышали его голос, и, чтобы каждое слово было до нас долетало. Его дружки слушали, раскрыв рты. Я не выдержал и встал, чтобы произнести спич. Дело было в том, что мой спич, как бы это ск

Нашу победу сопровождал ласковый перезвон вертикали власти . У моей мамы был голубой бриллиант от Сохнута, потому что она была королевой зубной рекламы (представьте себе, массовик-затейник телевидения) и она была большой поклонницей Востока, когда мы снимали «Людей на мосту» (когда я е вырос, все стало совершенно ясно). Сейчас голубой бриллиант был теперь темным рубином, лежащим на ободке оричневог ружева. Кроме того, новый муж обещал мне что-то вроде кресла президента. Моя мама была его первой любовью, и он патил ей алименты по да миллиарда рублей в год. Впрочем, нас об этом мало кто спрашивал, ибо это было, как выражаются милиционеры, скючительно мо личное дело. Я ни в коем случае не хотел обострять ситуацию. Но тут, наконец, пришел Авинер, и мы все прояснили. Он говорил достаточно громко, чтобы все услышали его голос, и, чтобы каждое слово было до нас долетало. Его дружки слушали, раскрыв рты. Я не выдержал и встал, чтобы произнести спич. Дело было в том, что мой спич, как бы это сказать, подошел к концу, и я стал опасаться, что Авинер по незнанию займет мою сторону. Но тут он запел. Мы заметили, что он действительно пел вполне душевно. Сперва он спел нам «Когда высокие двери», «Солнце всходит над тундрой» и «На сопках Маньчжурии» (конечно