Члены ОНК посетили Сергея Ивановича Фургала. Об этой встрече рассказал Алексей Мельников:
Ему по прежнему не передают письма и телеграммы, что странно, ведь сейчас он уже находится за судом, а значит согласно 103 Федеральному закону, цензуру переписки следствие уже не должно осуществлять и письма должны доставляться адресату в течение 3-х рабочих дней. В процессе беседы удалось выяснить, что письма изымаются следствием. С чем это связано и есть ли законные основания, нам на месте выяснить не удалось. С этим вопросом нам предстоит разобраться, мы оставили соответствующее обращение, где попросили администрацию СИЗО в письменном виде разъяснить причины, по которым Сергей Фургал лишён переписки. Сам Сергей Иванович считает все это попытками оказать давление.
«Я нахожусь в полной изоляции, мне не дают свиданий, звонков, я не могу написать своим детям. Мне даже не передают рисунок, сделанный внучкой. Что в этом рисунке такого может быть? Тайна следствия? Ну смешно же!» — говорит нам Сергей Иванович.
На протяжении всей беседы нас прерывали сотрудники изолятора, не давая нормально общаться, отказывались отвечать на вопросы, связанные с ограничением переписки, говоря, чтобы мы обращались в письменном виде и ждали ответа в установленный срок, однако в конце беседы сотрудники пояснили, что письма изымаются следствием в рамках другого уголовного дела (судя по-всему речь об уголовном деле о мошенничестве). В любом случае мы ждём письменное разъяснение от администрации изолятора, постараемся разобраться, кем и по какой причине Фургалу по-прежнему недоступна переписка.
Второй проблемный вопрос заключается в том, что Фургал после перенесённого заболевания (коронавирус), не имеет возможности пройти полноценное обследование и курс реабилитации. Он также хотел бы сделать тест на антитела, чтобы понимать, нужна ли ему ревакцинация, но все это недоступно в условиях изолятора. В СИЗО из специалистов есть только терапевт и психиатр (на постоянной основе), но нужен пульмонолог, ряд других специалистов, необходим аппарат КТ, чтобы отслеживать динамику поражения легких (к слову, такого аппарата нет ни в одном СИЗО Москвы).
Я сам (Алексей Мельников - прим. Штаба ) до сих пор (уже спустя месяц после болезни) борюсь с последствиями коронавируса и понимаю необходимость реабилитации. Мы постараемся добиться того, чтобы у Сергея Ивановича была возможность получить медпомощь в необходимом объёме.
Кстати, когда он увидел нас, заулыбался и сказал: «О, какие люди! А что так долго не были в наших краях?». Я ответил как раз, что болел, описал, с какими последствиями сейчас сталкиваюсь уже после болезни. И, как многие из вас знают, Сергей Иванович в прошлом был врачом. Так вот он меня неплохо проконсультировал как доктор (в рамках закона), что можно сейчас делать, чтобы поправить своё здоровье. Будем пробовать)
По изложенным проблемам будем в рамках своих полномочий разбираться.
@furgalshtab
