Исилиэль любила этот мир, безмерно. Она вообще ко всему на свете относилась с безграничной любовью.
А еще она любила его. И это было миром для него.
Элендил помнил каждое мгновение, проведенное рядом с ней. Помнил её дивный голос, звонкий, высокий и нежный, от которого оживало все вокруг, расцветая множеством ярких красок. Помнил взгляд, который она обращала на него, наполненный любовью и преданностью. Помнил тепло ее прикосновений.
Он и не думал, что можно так любить. Но она любила. А он мог только пытаться любить так же в ответ, и мечтать о вечности, которую они должны были провести вместе. И сделать ее самой счастливой.
Но судьба распорядилась иначе. Жестоко и беспощадно.
И это он тоже запомнил.
Война. Глупая, бессмысленная война. Этого не должно было произойти. Не в этом мире, в котором он встретил Исилиэль. Это просто неправильно. Не могло быть такого, чтобы рядом с любовью, светлой и бескорыстной, была такая неприкрытая жестокость.
Он не был виноват. А Исилиэль... Более невинного создания нельзя было и представить. Но этого никто не заметил. Никто не обратил внимания.
Он навсегда запомнил, как ее звонкий, нежный голосок обратился в едва слышный хриплый шепот. Запомнил, как из ее глаз медленно уходил свет. Как холодели ее руки. Помнил последнее признание и последний вздох.
Свет навсегда покинул его душу, сменившись болью. И безграничной яростью.
Он был не виноват. Они не были в ответе за других, поддавшихся слабости и возомнивших себя выше других. Он не должен был остаться один. Она не заслуживала такой глупой, бессмысленной гибели.
И никакое заклинание богов не смогло заставить его об этом забыть.
Он долго ждал. Молился и кричал, проклинал и сражался. Раз за разом пытался пробиться сквозь барьер тюрьмы, которую другие называли своим миром. И когда наконец получилось, он впервые за долгое время почувствовал счастье и близость отомщения.
Он не был виноват. Виноваты были другие. Жалкие, мерзкие, подлые и низкие, они не имели права на жизнь. Не после того, как отняли у него его любовь. Свой, чужой - это уже не имело никакого значения.
Былой свет заменил всепоглощающий огонь.
Там, где был Элендил, живому просто не оставалось места. Свой мир он уже давно обратил в пустую, погребенную под пеплом, долину. Те, кто оказался слишком слаб, исчезли навеки. Те, кто оказался сильнее, все равно не могли ему сопротивляться. Цепляясь за свою жалкую жизнь, они стали такими же безропотными рабами, в каких некогда обращали других. И это было справедливое наказание.
И такое же справедливое возмездие ждало каждый мир, в который он сможет проникнуть. Один за другим, один за другим... Когда-нибудь он доберется и до богов.
А боги... Что ж, и они могут быть смертны.
Но это будет потом. А сейчас...
И горы можно свергнуть, обратив их в пыль.
У него же получилось.