Часть 2.
- Марта! - обратился ко мне отец. – Собирайся, мы уезжаем из города!
Этот разговор между нами состоялся на третье утро после трагической гибели Ноэля. Я все еще оплакивала своего жениха, но у меня не было даже его могилы, на которую я могла бы приходить, о которой я могла заботится, как заботилась бы о самом Ноэле. У меня была только смердящая яма, забросанная человеческими телами.
Сначала я не верила, что Ноэль там. Я выбежала из его дома, прижалась к ограждению и судорожно стала искать глазами труп моего возлюбленного, но его нигде не было… пока я не увидела труп его младшего брата, которого Ноэль точно бы не позволил убить вперед себя. И тогда я осознала, что семья Ноэля не смогла убежать, скрыться… Осознала, но не приняла. Это было выше моих сил… Осознания вполне хватало…
А сейчас я начинаю принимать это.
- Отец, ты уезжай, я не хочу бежать…
- Это безрассудно, Марта! Скоро все закончится, нужно переждать в безопасном месте, а потом…
- Что потом?
- Потом я выдам тебя замуж за какого-нибудь достойного господина, ты подаришь мне внуков!
- Как у тебя только хватает совести такое говорить? Мой жених, моя любовь, погиб три дня назад, а ты уже думаешь, как бы выгоднее меня выдать замуж?
- Да дело не в замужестве! Если хочешь, я тебя вообще никому не отдам, только поедем со мной, Марта! – он подошел ко мне и взял мои руки в свои. Но я мягко отстранилась.
- Нет, отец. Я настаиваю, чтобы ты уехал, а меня оставил здесь.
- Но ты хоть не откажешься от общества одного из наших слуг?
- Не откажусь. Выбери сам, кого оставишь со мной, а остальных забирай.
Отец решил, что в городе останется Жерар – самый крупный из слуг, и не самый глупый, стоит признать к его чести. Единственный его порок – пристрастие к вину, но это пустяки в сравнении с тем, что происходит сейчас за стенами дома.
К вечеру вещи были собраны, драгоценности спрятаны и все дела решены – утром процессия выдвинулась в путь. Я пообещала отцу, что как только буду готова покинуть город, прибуду к нему.
Он тепло попрощался со мной и попросил меня долго не раздумывать над переездом. Но я не раздумывала совсем – я твердо решила остаться в городе и попробовать сразиться с чумой. Она страшна – но я бесстрашна! Мне нечего терять: Ноэль уже погиб, а отец уезжает и будет жить в безопасности.
Мы с Жераром остались вдвоем в большом доме. Я позволила ему выбрать себе любую из свободных комнат и поселиться в ней. Его выбор пал на уютную гостевую комнату с большой кроватью.
Отцовский кабинет, который находился на первом этаже, я приспособила под свою лабораторию, где целыми днями работала над книгой Ноэля.
На следующий день я отправила Жерара на поиски облачения чумных докторов. Порой они проходили под нашими окнами, словно большие и страшные птицы с огромными клювами, которые забивали травами и ладаном, в надежде спасти свои жизни. Но из слухов я знала, что и они умирали, а значит, эта мера не была действенной.
О природе заболевания из Лечебника было мало что понятно – загадочное слово «миазмы» ни о чем мне не говорило. Но Ноэль рекомендовал отчищать воздух вокруг себя, чтобы защититься от них.
«Значит, нужно чаще проветривать помещение, где лежит больной…» - рассуждала я.
Как я поняла из записей, миазмы попадают в организм, оседают у человека близ сердца, гниют там, образуя мешочек, и отравляют кровь. Нескольких больных удалось спасти, вскрыв бубон, но это не давало никакой гарантии.
Мое воображение рисовало мне ужасные картины, ведь я еще ни разу не видела бубоны своими глазами.
Вскоре вернулся Жерар.
- Ты достал мне облачение?
- Да, мадмуазель, но…
- В чем дело?
- Видите ли, торговец, который продал мне его, уверял меня, что бывший хозяин костюма бросил свое докторское дело, сдал его под залог и ушел из города в деревню, боясь заболеть. Но я не верю этому хитрецу! Видели бы вы его глаза…
- Но что ты хочешь сказать?
- Я боюсь, - он опустил свой голос до шепота, будто нас мог кто-то услышать, - я боюсь, что хозяин этого костюма умер…
Я задумалась. Предположение Жерара было ужасным, но я приняла твердое решение, и этот костюм – единственная возможность его осуществить.
- Брось, Жерар, даже если хозяин костюма мертв, у нас нет никаких доказательств, что умер он от чумы. Но если ты так тревожишься, то пойди и выстирай костюм в реке с корнем мыльнянки. Да высуши на воздухе, обязательно!
На следующий день мой костюм был готов. Утром я отправила Жерара на рынок за ладаном и травами, которыми планировала набить «клюв» пугающей маски. Надев черный плащ, я поняла, что он немного длиннее, чем нужно, а потому вооружившись ножницами и иглой, взялась исправлять это.
К вечеру последние приготовления были окончены, и это означало только одно – завтра я выхожу в город.
Утром, позавтракав и переодевшись, я покинула дом и пошла на поиски тех, кому была нужна моя помощь. Хотя я даже не представляла, как смогу помочь людям. Единственное, что меня толкало и вдохновляло – память о моем возлюбленном, который возможно нашел бы способ помочь городу и стране, если бы не погиб так рано.
Я расхаживала по пустым улицам, между запертых домов. Нигде не бегали дети, их матери не судачили о соседях, сбившись в кучку, и только тощие, одинокие собаки с грустными глазами бегали из угла в угол в поисках пропитания. Те псы, кто был поумнее, ушли за город – там можно было поживиться мертвечиной. В городе же трупов не бросали, по крайней мере, пока, и собаки не находили для себя никакой еды.
Вдруг я услышала, как меня кто-то окликнул:
- Эй, доктор, поди сюда…
Я обернулась и увидела старика, который стоял в тени, между двумя домами. Он был одет неаккуратно, но его вид не вызывал во мне чувства опасности.
- Добрый день! Вам нужна помощь? – я постаралась понизить свой голос на несколько тонов, чтобы он больше походил на мужской.
- Не мне, а моей жене. Иди за мной. – Он повернулся и ушел еще глубже в тень. Я поспешила за ним. Вдруг слева от себя я увидела маленьку дверь в глухой стене, куда и свернул старик. С центральной улицы ее не было видно, а потому я не сразу заметила мужчину.
В его темной коморке пахло сыростью и затхлостью. Я не увидела ни одного окна, а единственным источником света была свеча на прикроватной тумбочке. Вообще комната походила на помещение, в котором жил Ноэль – но он там только спал. А старик здесь же готовил себе еду, стирал и вообще жил. И жил он не один.
На кровати лежала темная фигура, которая в неверном свете казалась мертвой, неживой. Я приблизилась к ней.
Это была старуха, но достаточно крепкая и упитанная. Ее муж молча смотрел на меня выразительным взглядом, а потом нарушил тишину комнаты:
- Ты осмотришь ее? Можно ей помочь?
Но с первого взгляда на старуху я могла сказать, что ей ничем уже не поможешь. Однако ради научного интереса и успокоения деда, я решила осмотреть больную, хотя и понимала всю опасность этого действия для себя.
Я откинула старое покрывало с тела женщины. Она была все еще жива, еле-еле дышала, будто спала глубоким сном, но ее глаза были открыты и неотрывно смотрели на меня с верой и надеждой.
Ноэль писал, что у больных появляются мешочки на шее и по бокам, но ее старушечья шея была чиста. Тогда я аккуратно отвела ворот ее ночной рубашки и увидела отвратительную опухоль в районе подмышки. Она была такой большой, и, наверное, страшно мешала старухе, но ее измученное и больное тело уже не реагировало ни на что. Я дотронулась до нее рукой в перчатке.
«Опухоль нужно вскрыть, и тогда у больного появится шанс на выздоровление...» - вспомнила я цитату из Лечебника, сделанную рукой Ноэля. – «… но только если не прошло еще трех дней после ее появления!»
- А сколько она болеет?
- Так уж пятый день пошел…
- Поздно.
- Что поздно? – заволновался дед.
- Все поздно… науке не известно, как помогать тем, кто болеет больше 3-х дней.
- Ты ничего не можешь сделать?
- Могу, но это лишь увеличит ее мучения, и скорее всего не даст никакого результата.
- Делай!
- Но…
- Делай!
Я дрожащей рукой вытащила из сумки, которая висела у меня через плечо, маленький нож. Старик в это время взял свечу и держал ее над грудью больной.
Я боялась! Ужас, сковывал все мое тело, но я уже подносила острие ножа к бубону…
Как вдруг старуха резко втянула в себя воздух и с шумом выдохнула, погасив единственный источник света в комнате. Мы со стариком оторопели.
И тут я поняла, что душа старухи именно сейчас покидает ее земное вместилище и уходит к Богу.
- Она… она умерла. – прошептала я мужчине, будто это была какая-то тайна. Но я видела, что он это понял и без меня. Не отрываясь, он смотрел в пустые и холодные глаза своей жены. Потом протянул руку и закрыл их.
- Сколько я должен тебе? –проговорил он холодным голосом.
- Ничего. – ответила я и двинулась в сторону выхода. – Знаете, если вы вдруг почувствуете, что заболели, приходите ко мне в лабораторию, я попробую вам помочь…
- Нет, если чума возьмет меня, я пойду вслед за женой… Спасибо вам.
- Мне очень жаль… - и я вышла за дверь.
Больше мне не хотелось сегодня видеть болезнь и смерть, поэтому я чуть ли не бегом побежала домой. В первый же день я увидела все, что мне не мог показать Лечебник. Я столкнулась с чумой лицом к лицу.
Но удалось ли ей испугать меня? Удалось ли ей убить мою решимость?
Нет.
Она меня немного шокировала в первый день, но со временем я научусь смотреть ей прямо в глаза!
Конец 2 части. Продолжение это истории уже скоро на нашем канале, подписывайтесь, чтобы не пропустить!
Пишите комментарии, если вам интересно, мы очень ценим обратную связь с нашими читателями!