Внутренне, во многом подсознательно, потомок горячих и воинственных владык-османов искал пути выхода из-под власти «бабьего царства». Соседи, почуяв слабость верховной власти в Османской империи, начали показывать зубы. Война надвигалась на османов с двух фронтов: с Запада поднимались знамена крестовых походов под предводительством династии Габсбургов, с Востока — древние потомки персов из династии Сефевидов жаждали реванша.
Османы несли поражение за поражением от австрийцев, теряя одну крепость за другой. Несмотря на все протесты своей матери, Мехмед III, в отличие от своего деда и отца, лично возглавил поход против них. Видя восстановление былых боевых традиций после тринадцатилетнего перерыва, османское воинство воспряло духом. Этот поход стал победоносным, взятие Эгерской крепости вновь открыло дорогу на Вену, а поговорка «турки у ворот» обрела прежний пугающий смысл для жителей Европы.
"Серпентарий" в Османской империи
Но военный успех не удалось закрепить: в Константинополе, который назовут позднее Стамбулом, вспыхнула эпидемия чумы, которая коснулась и членов семьи султана, наложниц и сестёр, что потребовало его скорейшего возвращения в столицу. Оставленный руководить боевыми действиями престарелый главный визирь, кстати, протеже Сафие-султан, с успехом завалил всё дело и сам скончался в военном лагере близ Белграда.
В Анатолии начались бунты и смута. Дворец напоминал, усилиями его матери, серпентарий, где враждующие группы придворных, словно сплетённые клубки ядовитых змей, строили заговоры и интриги друг против друга. Поначалу это приводило к конфликтам между визирями и служащими рангом пониже. В итоге же случилась упомянутая в прошлой статье казнь старшего сына султана, а в придачу к этому, по мнению некоторых историков, в частности Булата Ногманова, последнее пристанище в водах того же Мраморного моря обрели утопленные там мать шехзаде Махмуда и около 30 самых преданных слуг из их окружения.
Восточные соседи не упустили возможности воспользоваться настроениями османов. Шах Аббас I пошёл войной на ослабшую империю и взял Тебриз и Реван. На пике неприятностей во внутренней политике и внешних угроз сердце султана не выдержало: он скоропостижно скончался 22 декабря 1603 года.
Современники и последующие за ними турецкие историки характеризуют султана как психологически двойственную и глубоко противоречивую натуру. С одной стороны, в нём раскрывается крайняя религиозность, возвышенная поэтичность и желание совершать добро. Это нашло отражение в его стихах, которые он писал под псевдонимом Адли, поступках благотворительности и некоторых других решениях. С другой же стороны Мехмед III находился под страшным влиянием своей властной матери, проявляя изощрённое коварство и кровожадную, тёмную силу, цеплялся за власть любыми способами.
"Тюрьма" для сыновей и сухой закон
Опасаясь за свой трон, Мехмед III решил прервать многовековую традицию воспитания и обучения потенциальных наследников престола на должностях губернаторов. Они находились в специализированных павильонах во внутренних покоях дворца, практически не имея представления о реальной жизни, не говоря уже об отсутствии практики в управлении страной.
В его правление и всю страну, и столицу будут сотрясать восстания, а границы начнёт теснить внешний враг по двум фронтам. Структуры власти будут пронизаны коррупцией и сконцентрированы под контролем его матери, валиде-султан Сафие.
Видимо, памятуя об алкогольной зависимости своего деда Селима II, этот султан будет первым, кто установит сухой закон по всей империи. Сам Мехмед III при этом, по свидетельству современников, страдал ожирением. Видимо, опасаясь одной зависимости, алкогольной, он сменил ее на другую, пищевую, «заедая» свои проблемы.
Вполне вероятно, что не только психологический груз вины за смерть множества неповинных людей, но и излишний вес стали причиной внезапной остановки сердца «невезучего» тринадцатого султана Османской империи Мехмеда III.
Все статьи по теме: #мир истории_османская империя
Автор: Лочуков Денис, для канала «Мир истории» (не забудьте подписаться и поставить лайк))