- Бандиты, ренегаты, провокаторы! Сомневались в моём авторитете! – Слышал Габриэль привычное ворчание с верхнего балкона

- Бандиты, ренегаты, провокаторы! Сомневались в моём авторитете! – Слышал Габриэль привычное ворчание с верхнего балкона. Кому-то утренний клёкот петуха служит сигналом к подъёму, ему же бурчание бургомистра точно по часам, служило сигналом к отходу ко сну. Альфрида же на удивление не было слышно, ну ещё бы. За вчерашние наговоры он на ночь получил летучемышинный сглаз и страдал от мышиного крика под ухом всю ночь, и сейчас, предсказуемо, отсыпался. –Альфрид! Бездельник, где тебя носит! – Но на этом его страдания очевидно, не кончились. Нужно бы дать ему передохнуть денёк, подумал Габриэль, не то случится чего, а люд и праздник устроит на поминках.
В доме Барда.
- Расскажешь кому-нибудь – руки пообрываю…
Не знал как на это действо реагировать Баин, и из двух вариантов, засмеяться или помочь, он выбрал второе и подал руку. Подал руку вылезающему из туалетного отверстия гнома.
- Убери-и! – Грубо отшвырнул его руку лысый мужчина с густой чёрной бородой с косичками на ней. Он вылезал и вылезал, когда три четверти тела появилось, он вдруг, закончился. Мужичок то росту оказался не выше него самого! Но как широк в плечах, что думалось поначалу что тот был довольно высок. А так, квадрат. Как первый вылез, появился еще один, а потом и третий и… Много их было и поднимались они сразу по лестнице на второй этаж.
Сигрид, старшая из дочерей покрепче взялась за перила, наблюдая за происходящим внизу. – Па-а-ап, а почему из нашего туалета вылезают гномы…
- Может это к деньгам! – Сразу нашлась что сказать младшая.
Гномы с удобством расположились в доме, вещи были в сушке, а сами пришельцы собрались у окна, у гнома с чёрной бородой и волосами, которые тронула прядь седины. Завидев четырёхпалый арбалет на одной из башен, ему вспомнилась оборона Дейла против дракона, дракона Смауга Золотого. Поведал он о короле Гирионе, выпускавшем в бушующего дракона чёрные стрелы, одну за другой, растратив и без того малый запас оружия, способного поразить ящера. Но всё зря, Смауг был жив, Дейл пал, а за ним и королевство гномов Эребор. В речи его была горечь о неудаче людей, ведь не просто же так Гирион выпускал стрелы. Будь он точнее, возможно многое изменилось бы. Услышал рассказ и Бард, и спор завёл, сначала о Гирионе, а потом и по иной причине, договор был, оружие гномам достать. Он и достал, перекованное из вил, гарпунов и кузнечных молотов. В споре один из гномов назвал имя их предводителя. Торин. Знакомо откуда то Барду было это имя. Выждав момент, он выскочил из дома наказав сыну не дать уйти гномам. Да только не послушались двенадцать гномов и один полурослик худощавого юнца, ушли. А Бард, вернувшись уже знал, что за Торин это был…
***
Он проснулся в холодном поту, кровать разворочена, а подушки оказались на полу, как же сильно он метался в бреду?
«Надеюсь в бреду…» - Подумалось ему. Он встал, умылся и оделся, потряхивая головой, стараясь выкинуть всё не шедший из головы сон. Часы на стене показывали уже позднее время, он почти проспал уроки всеобщего. Он ту же минуту переметнулся в канцелярию и влетел внутрь. Минута в минуту, работница канцелярии уже заканчивала перерыв. Его пунктуальность не пострадала, он гордо выпрямился и приступил к урокам. Он уже заканчивал как снаружи послышался лязг доспехов и потихоньку собирался гам толпы. Габриэль прислушался. - Что происходит, на сегодня назначено мероприятие? – Обратился он к учительнице.
- Никак нет мессир, ни о чём подобном я не знаю.
- Хм, закончим сегодня чуть раньше. – Он поднялся и выдвинулся наружу, оставив работницу убрать исписанные пергаменты. Со стороны послышались спешные тяжёлые шаги, точно бургомистр спускался, судя по грохоту, а вот и Альфрид шуршит за ним. Габриэль едва слышно приоткрыл дверь следя как двое вышли наружу.
«Что ж, этих двоих еще не убили, похоже не восстание.» - Спустя какое-то время подумал он и кивнув работнице выпустил её из кабинета, а сам поднялся к верхним комнатам и выглянул в окно. Тут ему откровенно поплохело. Снаружи собралась огромная толпа и стража стояла полукругом. Но не толпа его взволновала, а те, кто были в этом полукруге. Низенькие человечки, на голову, а то и две ниже взрослого мужчины, все как на подбор бородаты, кроме одного. И все вида грозного, правда тоже, кроме одного. Этот один так и выделялся на фоне остальных, был босоног, хотя с такой растительностью на них никакая обувь не нужна, но сам он вида прожжённого воина и выпивохи, не производил. Странная братия, но именно похожих полуросликов он видел в огне. Сон его был, о горящем городе, смерти с неба и о полуросликах, взирающих на него из пламени. Было первое предупреждение, будут и остальные. Сон был вещим. И снова, как всегда, был предвестником большой беды.
Он видел, как вышел чернобородый гном, представленный как Торин, сын кого-то там, сына такого-то сякого-то. Торин заговорил, он давал обещания городу что восстановит процветание Эсгарота, как он станет центром торговли, когда Эребор будет возвращен. Однако из толпы вышел Бард, и напомнил всем о драконе под Одинокой Горой. Перед бургомистром встал выбор, решение которого было очевидно с самого начала, даже несмотря на то, как тот задумался. Он раскинул руки и во весь голос объявил.
- Добро пожаловать!
Толпа радостно загомонила, поддерживая решение бургомистра.
- Что ж, мне все равно плевать что со всеми ними случится. – Прошептал под нос Габриэль и скрылся прочь.
На утро всем городом был устроен праздник, люди шествовали гномов, а те пировали. Той же ночью Габриэль отправил летучих мышей к Одинокой Горе, и дожидался их возвращения, в безызвестности и молчаливом ожидании так и прошло несколько дней, его фамильяры… не вернулись. Его разрывали противоречия, он не знал, как это воспринимать. Определённо, это был плохой знак, но насколько, только предстояло узнать.
Отряд гномов задерживался, и колдун, разведав обстановку даже узнал почему. В отряде были раненные, но был один в особо тяжёлом состоянии и чрезвычайно бледен.
«Взял пример с одного вампира, не иначе.» - Откровенно насмехался он про себя над нерадивым гномом. «Совсем плох, он на вид. Помрёт через пару дней.» - Прикинул он, загибая пальцы, отгадывая сколько тот еще проходит по земле этой.
Шли дни, он посылал летучих разведчиков одного за другим, некоторые даже возвращались, те, что не залетали в саму гору или были только на окраинах гномьего королевства, да и те мыши стали совсем плохи и через пару часов, умирали. Ему пришла мысль, что есть там в воздухе что-то, что губит всё что над горой пролетает. Больше он не стал их отправлять, летучие мышки приготовившиеся лететь, казалось, вздохнули с облегчением, и со взмахом палочки обратились обратно в перья.
И тут до него дошли новости. Отряд гномов отправляется.
- Но у них там полумёртвый гном… Ха, похоже кто отстал, тот отстал. – Стал говорить он сам с собой. Этим утром он даже не стал ложится, чтобы посмотреть на уход гномов. Он накинул согревающие с маскирующими чарами и вышел к каналам.
- Ну и толпень… В сторону мадам. Молодой человек, дорогу… - Он протискивался через толпу и люди вскакивали, когда кто-то невидимый отодвигал их в сторону.
- Боже-боже, что за наваждение. – Запричитала немолодая женщина.
- Сама ты наваждение. – Огрызнулся он, и женщина вскрикнула и с испугом затесалась подальше в толпу.
Наконец он оказался в первых рядах, и подошёл поближе, чтобы слышать разговоры гномов.
- Ты должен остаться здесь. – Уговаривал Торин Дубощит молодого гнома. Габриэль узнал его, в особенности по тому, как тот был бледен и почти без бороды, имя бедолаги Фили, кажется. Или Кили. Все на одно лицо, да и на имя тоже.
Гномы его, мягко говоря, не впечатляли. Коренастые и жадные. Так он их характеризовал.
- О чём ты?.. Ты шутишь? Я должен быть там, когда откроются чертоги наших отцов! – Протестовал молодой гном.
Торин по-отечески положил руку ему на плечо. – Кили, останься, догонишь нас, когда поправишься. – Он с извиняющимся взглядом улыбнулся, и похлопав его по плечу, отвернулся, продолжив погрузку в лодку.
- Я останусь с ним, такая рана сама по себе не затянется. – Гном с белыми усами до груди поднялся с лодки и сошёл на пирс. Вслед за ним поднялся и другой гном, с русыми волосами и бородой такой же.
- Дядя. Мы выросли на рассказах о горе. На твоих рассказах!.. Ты не можешь отнять у него мечту! Я сам понесу его, если придётся! – Сказал русый гном, раненный Кили попытался было укорить его, но тот не останавливался и сказал, что думал.
Торин посмотрел на Фили, русого гнома. – Однажды ты станешь королём, и ты поймёшь. Мы не можем ставить под угрозу весь поход ради одного гнома. Даже если он родня. – Отрезал он, не оставляя альтернатив. Фили подорвался и вскочил на пирс, Торин не смог удержать его, и русый гном остался с раненным братом.
«Почти драма.» - Думалось Габриэлю. Но также решение Торина было разумно, умирающий гном им только помешает, а тут о нём могут позаботиться. И тут под праздничный аккомпонент тромбонов и разных других духовых, вышел бургомистр на высокий постамент, весь нарядный, в большойрасшитой мантии. И помпезно распрощался с экспедицией гномов, и те, тронулись в путь. Люди провожали их как героев, просили их вернуться с добрыми вестями, провожали их до самых крайних доков, а дальше, ходу не было, разве что по воде. Гномы уплыли. Правда не все.
Из праздничного зала ратуши вдруг выбежал еще один гном и сразу же стал протискиваться через толпу, уж очень он спешил и когда он, выйдя к каналу увидел, как далеко уже уплыл его брат гном, то, как схватился за шапку-ушанку и стал причитать. Но тут же перестал, когда нашлись три других гнома.
- Охох, вы что, тоже опоздали? – Порадовался он что оказался не одинок.
Габриэль отвёл взгляд от уходящей лодки и посмотрел на четверых оставшихся, он повернулся ровно к тому моменту, когда Кили почти упал без чувств, но был подхвачен братом, Фили. Гном в ушанке тут же подхватил бледного гнома под руку.
- Пойдём, я знаю где нам помогут. – И четверо гномов скрылись из виду.
____________________________________
Не забываем комментировать, ваши отзывы - лучший стимул.