В истории бывали периоды смут , когда элита стран даже с высокой культурой вдруг впадала в состояние интеллектуальной патологии.
В сознании как будто “портились” инструменты логических рассуждений, терялись навыки выявления причинно-следственных связей, проверки качества собственных умозаключений.
Люди переставали различать главные категории, употребляемые в ходе принятия решений (например, категории цели, ограничений, средств и критериев). Они с трудом могли разумно применить меру — прикинуть в уме “вес” разных явлений, масштаб проблемы и наличных ресурсов для ее решения.
Советский период, в течение которого основанное на научном методе школьное образование охватило все общество, означал огромный шаг к тому, чтобы рациональное сознание и нормы Просвещения овладели массовым обыденным сознанием.
Этот процесс был сорван перестройкой и реформой, а потом произошел быстрый откат, архаизация сознания.
Конечно, аналогичные процессы наблюдаются и на Западе. Там это уклончиво называют постмодернизмом — мягким и постепенным отходом от норм Просвещения, лежавших в основе рациональности индустриальной цивилизации.
В России же альтернативный Западу проект, берущий начало в Просвещении, был в развитой форме представлен в советском строе, а он потерпел поражение в “холодной войне”.
Культурное ядро “побежденного” проекта разрушалось радикально, с огромным перебором, и его обломки не укладываются даже в структуры постмодерна — мы имеем просто антимодерн , регресс вплоть до мышления дологического, шаманского типа.
Есть и другой внешний фактор, углубляющий наш кризис. Во время стратегического противостояния с блоком США советское руководство, идеологическая система СССР, а за ними и общество в целом, мыслили и рассуждали «по-своему».
Им не приходилось подлаживаться к своему противнику и имитировать его — напротив, образ мысли, слова и дела должен был быть альтернативой .
Уже в годы перестройки началась «конвергенция», наша правящая элита и СМИ стали «учиться» у элиты и СМИ США, подражать им.
При этом мы «заразились» многими вещами, не имея того иммунитета или противоядий, которыми обладает элита США, культивирующая у себя эти болезни вполне сознательно, как средство манипуляции сознанием .
Это прямо относится к рациональности.
Во второй половине ХХ века манипуляция сознанием стала одним из важнейших средств господства США и внутри страны, и во внешней политике.
Для нее выработаны изощренные, разработанные в лабораториях технологии.
Часть этих технологий имеет в прямом смысле слова характер боевых средств, они применяются в психологической войне. Одним из таких средств является, как это ни парадоксально звучит, сознательная иррациональность . Этот инструмент политического постмодерна уже стал фактором роста напряженности в мире, в том числе в сфере сознания.