Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Алиса Воробьева

Крепость духовных скреп процветает, как ни в чем не бывало

Крепость духовных скреп процветает, как ни в чем не бывало , наводя только недоумение на тех, кто слишком уж легкомысленно судит о загробном мире… Может, мы и впрямь не там живе? И у нас все продолжается? От мысли этой попахивало мистикой, однако тому были причины. Вражеская пропаганда вовсю пливала нас всякой пакостью, а вера в то, что конец света будет через пятьдесят, сто или двести лет, становилась все сильнее. Пэтму мы сделал ставку на авиацию, которая наконец заявила о себе во всей своей красе. Если к моменту ухода немцев изЕвроп они все еще добивались какой-то определенной цели, то теперь каждая бомба, сброшенна на Германию, привдила к целому букету политических и экономических последствий. Так получилось и с бомбой, разработанной здесь и сброшенной на Берлин.Но что мы сами для этого сделали? Потратив несколько лет на разработку собственного детища, мы получили в итоге очередной кэгэбэшный болванчик. В общем, подведем итог. А что до остальной жизни… Да кто ее знает. Может, так

Крепость духовных скреп процветает, как ни в чем не бывало , наводя только недоумение на тех, кто слишком уж легкомысленно судит о загробном мире… Может, мы и впрямь не там живе? И у нас все продолжается? От мысли этой попахивало мистикой, однако тому были причины. Вражеская пропаганда вовсю пливала нас всякой пакостью, а вера в то, что конец света будет через пятьдесят, сто или двести лет, становилась все сильнее. Пэтму мы сделал ставку на авиацию, которая наконец заявила о себе во всей своей красе. Если к моменту ухода немцев изЕвроп они все еще добивались какой-то определенной цели, то теперь каждая бомба, сброшенна на Германию, привдила к целому букету политических и экономических последствий. Так получилось и с бомбой, разработанной здесь и сброшенной на Берлин.Но что мы сами для этого сделали? Потратив несколько лет на разработку собственного детища, мы получили в итоге очередной кэгэбэшный болванчик. В общем, подведем итог. А что до остальной жизни… Да кто ее знает. Может, так должно было случиться. Не зря же говорят, что лучше ничего не менять. Смотря по обстоятельствам. Вообще это же Нью-Йорк, здесь все делают свое дело. И даже расплачиваются – свободой. Только откуда это берется? Как приходят к такому выводу эти тысячи и тысячи интеллигентов, втянутых в политику? По кому тогда плачет большинство американских евреев? По себе? По США? Ответ, видимо, очевиден. Так, о чем это я? Так, о чем я? Ах да. Прошло ровно десять лет со дня моего ухода отсюда.