Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Alterlit Creative Group™

Рецензия дня™️: обзор книги А. Снегирева «Плохая жена хорошего мужа»

Снегирев, как и прочие издательские проекты, изготовлен по маяковской схеме: делают из мухи слона, а после продают слоновую кость. Над мухой с птичьим псевдонимом трудились долго и вдумчиво: «Дебют», «Звездный билет» и, наконец, «Русский Букер».
Вот о «Букере», пожалуй, надо подробнее: натуральный цирк с конями. В 2015-м в тамошних тараканьих бегах было два фаворита: Сенчин с «Зоной затопления» и Яхина с «Зулейхой». Голоса разделились, судьи полаялись и в итоге лауреатом назначили аутсайдера Снегирева. Точь-в-точь - старый анекдот: аппендицит или гастрит? – бросили монетку и вырезали гланды.
Издательская аннотация к книге: «Драмы – почти чеховские, трагедии – почти античные». Ей вторит Евгений Бунимович в предисловии: «Снегирев любит и умеет быть точным, легко и увлекательно рассказать историю, удивить неожиданной метафорой, фразой редкой пластичности».
А Евгений Попов, в свое время, благословил литературного новобранца: «Снегирев пытается работать “поверх барьеров” ав

Снегирев, как и прочие издательские проекты, изготовлен по маяковской схеме: делают из мухи слона, а после продают слоновую кость. Над мухой с птичьим псевдонимом трудились долго и вдумчиво: «Дебют», «Звездный билет» и, наконец, «Русский Букер».

Вот о «Букере», пожалуй, надо подробнее: натуральный цирк с конями. В 2015-м в тамошних тараканьих бегах было два фаворита: Сенчин с «Зоной затопления» и Яхина с «Зулейхой». Голоса разделились, судьи полаялись и в итоге лауреатом назначили аутсайдера Снегирева. Точь-в-точь - старый анекдот: аппендицит или гастрит? – бросили монетку и вырезали гланды.

Издательская аннотация к книге: «Драмы – почти чеховские, трагедии – почти античные». Ей вторит Евгений Бунимович в предисловии: «Снегирев любит и умеет быть точным, легко и увлекательно рассказать историю, удивить неожиданной метафорой, фразой редкой пластичности».

А Евгений Попов, в свое время, благословил литературного новобранца: «Снегирев пытается работать “поверх барьеров” авангардизма, “чернухи”, лакировки, самолюбования, макабра, попсы и прочей мути».

На деле снегиревские сюжеты – гимн эпохе, беспощадной в своем безмыслии, а персонажи – титульные герои нищего времени. Раньше А.С. подражал блеклым довлатовским шуткам, нынче старательно коверкает лицо в страдальческой гримасе: «Он открывает рот и кричит. Он открывает рот так широко, что глаза сдавило и губы в уголках натянулись до боли. Убогий, воющий, неподобающий, хрипящий, сипящий крик. Ничтожный и беззвучный». Хотя поводов для слез ровно столько же, сколько для смеха. Никаких, то есть: одноклеточные отчего-то не располагают к эмпатии.

Переходим к стилистическим пикантностям. Страдания немолодых невертеров изложены шершавым языком квартального отчета или должностной инструкции:  «время, требующееся для психологической реабилитации», «массовое отщелкивание ременных застежек», «процесс тушения и эвакуации карапуза»…

Король вернулся из ссылки с прежним багажом: заурядность в заурядных обстоятельствах.

Вся статья здесь: https://alterlit.ru/post/23551/

#независимая критика #бестселлеры #лауреаты литературных премий #антиотечественная литература #идеология в литературе #литературный мир