Ульмас носит длинные юбки, широкие безразмерные свитера, а платки заматывает так, чтобы не было видно ни сантиметра оголенной шеи или подбородка.
Говорит, чувствует себя так комфортно. На родине такая одежда порицалась.
Вместо этого Ульмас позволялось носить традиционный костюм (который она никогда не носила), посещать колледж и согласиться с родительским выбором жениха.
—Колледж я так и не закончила. Жениху не терпелось поскорее сыграть свадьбу. А просить подождать у нас как то не принято.
Первый год в новой семье казался адом. Свекровь вела себя так, будто никогда сама не была молодой невесткой.
Я каждый день вставала в 5 утра, подметала двор, пекла лепешки и варила чай на молоке для всей семьи.
Когда просыпались родители мужа, шла в их спальню, заправляла кровать, делала уборку, собирала вещи для стирки.
На мне лежала ответственность за обед и ужин, стирку и глажку, выгул скотины на пастбище.
А ещё она чуть ли не каждую неделю спрашивала, нет ли у меня задержки. И недовольно фыркала каждый раз, когда я покупала прокладки.
До замужества будущая свекровь обещала мне, что мы с мужем будет жить в своём доме. Дескать, сразу после свадьбы дом достроят и мы переедем.
Но стройка стояла. Я, конечно же, ждала, молчала. Но спустя несколько месяцев наконец решила спросить — и получила от свекрови пощечину.
Когда пришел муж, рассказала ему о случившемся. Он выскочил из комнаты. Дальше был скандал. Муж что то объяснял, свекровь кричала и хваталась за сердце. Было очень не красиво и стыдно.
В эту ночь муж спал в другой комнате, а утром свекровь притащила большую клетчатую сумку и начала скидывать в неё мои вещи, прикрикивая, чтобы я убиралась из ее дома.
Она думала, что я испугаюсь и стану просить прощения. Но папа всегда говорил, чтобы не случилось, я могу на него рассчитывать.
Не знаю, где нашла силы в тот момент не заплакать. Я взяла только паспорт, надела куртку и вышла из дома. Поехала к родителям. Те пришли в ужас, увидя мое состояние. Папа говорит, решил, что меня побили. Но я просто всю дорогу рыдала.
У нас родители редко принимают дочерей, девушкам некуда идти, приходится все терпеть. Мои родители не такие. Я месяц не высовывала нос из дома. И развода не было, и муж не звонил.
Он приехал через месяц. Очень долго разговаривал с моим отцом, а потом пришёл в мою комнату. Сказал:
—Вот такие мои родители, я ничего не могу сделать. Могу только увезти тебя.
И я согласилась. За неделю до этого я узнала, что беременна. Удивительно, как от нервов не потеряла ребёнка. Видно суждено было мне остаться в этой семье.
Даже не знаю, что делала бы, если б муж сам не пришел и не предложил уехать. Рожать без мужа у нас позор. Вернулась бы, или не знаю...
— Убрала бы ребёнка?
— Точно нет. Никогда... В общем, свекровь как то стихла, когда муж сказал, что уезжает со мной в Россию. Стала уговаривать, ну и пугала, что не справимся. Но мы не поддались.
Вот так в Ставрополе и оказались. Работаем здесь у одной фермерши. Она с мужем развелась, выгнала его, и сама теперь справляется. Я по хозяйству помогала, в доме там, с детьми. На муже скотина, двор. К другим тоже ходит, за любую работу берётся. А ещё научился старым кафелем столешницы укладывать . Так красиво получается. Вот заказывают, тоже деньги.
Я то сейчас помогать не смогу наверное, с ребенком на руках. Но хозяйка нас не гонит. Работайте, говорит, живите. Не пейте только и не деритесь. А мы и не дерёмся. Живем.
Ульмас родила здорового мальчишку. А через год вернулась с мужем в Узбекистан. Говорит, не выгодно стало работать у фермерши. А муж не захотел без неё в России оставаться. Вернулись на родину, поближе к родителям.
Свекровь пока радуется, что сын приехал, в семью не лезет. Но самое главное, что стройку они с мужем уже почти закончили, а значит скоро Ульмас стане полноправной хозяйкой собственного дома.